Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

МОСКОВСКІЯ УЛИЧНЫЯ КАРТИНЫ. ш Они тогда сами какъ нибудь промежъ себя разберутся, п о т о ­ му вступаться не стоитъ. Казалось, что даже одеревѣнѣлъ Зуй, сидя на камнѣ. Такъ ничуть незамѣтно было хоть какихъ нибудь признаковъ жиз­ ни въ этой сѣроватой, неуклюжей массѣ, съежившейся на углу дѣвственной улицы, какъ бы съ тою цѣлію, чтобы не про­ пускать въ нее, и безъ того пустую и безжизненную, ничего' шумнаго и человѣческаго, что громкимъ и непрестаннымъ гуломъ носилось надъ другими столичными улицами, населен­ ными болѣе счаст.іивымъ народомъ. Такимъ образомъ идетъ время жаркое, молчаливое и сер­ дито-скучное,—и сѣрая масса тоже отсиживаетъ свои часы у тг.іа, потная отъ жара, молчаливая и сердито-скучная. Вотъ бѣжитъ маленькая собачка — Зуй закопошился. Изъ неподвижно-мертваго узла, который онъ изображалъ собою, вытянулась длинная нога въ здоровенномъ сапожищѣ. Сапо­ жище этотъ двинулъ странницу въ бокъ гвоздистымъ каблу­ комъ и странница съ жалобнымъ визгомъ покатилась на до­ рогу. Собаченка была кровнымъ кингсъ-чарльсомъ, съ черной, лоснящейся шерстью, съ умными озабоченными глазами; но Ефремъ тѣмъ не менѣе послѣ того, какъ гвозданулъ ее сво­ имъ сапогомъ, съ длиннымъ и сладкимъ зѣвкомъ проговорилъ про нее такую рѣчь: — Ишь, гадина, бѣгаетъ! Визжитъ тоже... У-уххъ! взвиз­ гнулъ онъ потомъ самъ въ финалѣ зѣвка, — и сскк-у-ка же толька!.. Тутъ Ефремъ ухитрился какъ-то всю свою кэпю закрыть правымъ лацканомъ пальто — и баста! Опять все замерло въ дѣвственной улицѣ!.. Мальчишка какой-то, загнувъ голову на бокъ, стремглавъ несется съ украденной у тятьки трынкой къ палатошнику, чтобы пріобрѣсть у него медоваго маку. ЭтО'Тъ пассажъ снова призвалъ къ жизни солдата. — Ты куда? отрывистымъ и басовитымъ голосомъ человѣ­ ка, поставленнаго на караулч>, спрашиваетъ Ефремъ малыша, схватывая его за воротъ рубашонки. ~ А я такъ, дяденька,—пглать... А. ЛИ ВИТОПА . 29