Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

ФИГУРЫ и ТРОПЫ о московской жизни. 423 тро улетѣли отъ дома на середину дороги и оттуда, рѣзвясь и улыбаясь, какъ дѣти, заговорили мнѣ: — Что же ты? Въ такое то время не выпить? Лѣтнимъ, прекраснымъ утромъ не выпить, на здоровье?^ Ну не чудакъ, ли ты, послѣ того... Да много лк у тебя въ году счастливыхъ дней-то бываетъ? — Много ли, мало ли, а стерплю—пить не буду! Молчали­ во думаю я въ душѣ моей. — Да іі-пей, пд-долъ! съ громкимъ, пріятельскимъ смѣхомъ обсыпали меня солнечные лучи, снова налетая на окно, у ко­ тораго я сидѣлъ. П-ией, штоли! И тутъ почудилось мнѣ, что утро шутливо улыбнулось II даже, какъ будто, ударило по пле­ чу дружеской, угощающей рукою,—іі я робкими, нерѣшитель­ ными шагами и съ замирающимъ сердцемъ отправился,, какъ бы па какое воровство, къ стеклянному шкафчику... — А-аххъ стыдъ какой! въ шутку, но визгливо вскрикнула Аннушка, вошедшая въ то самое время, когда я украдкой, стараясь кашлемъ заглушить неизбѣжныя бульканья, вливалъ водку въ стаканъ. А-аххъ стыдъ! Я такъ и знала, что снача­ ла откажется, а потомъ украдкой пить станетъ... — Вѣдь вотъ и соображеніе есть! бросилась мнѣ въ голо­ ву подлая дума. Вотъ оно: откуда что берется—и умъ, и шут­ ливое слово явилось, когда гадость какую нибудь въ другомъ замѣтить приходится. А поговори съ пей на счетъ чего ни­ будь другаго, что во сто тысячъ разъ примѣтнѣе, такъ она ( вылупитъ сѣрые глаза, усмирится какъ-то по особенному, тякъ что 1 образъ человѣческій совсѣмъ потеряетъ и, махаючи головой и руками, тихимъ такимъ и испуганнымъ голосомъ затяііет^ь: не соображу, не сображу! Оченно что-то неподхо­ дящее разговариваетъ... Подумалъ я такъ-то и съ злостью пронялся смотрѣть на куму; а она стоитъ предо мной шутливая, добрая, веселая и повторяетъ: — Зиала, знала, что безъ меня пить будетъ. По мужу при­ выкши... Онъ тоже всегда эдакъ-то. Забожится, забожится, буду, молъ, сейчасъ издохнуть. По началу-то вѣрила... — Привыкши... Вѣрила по началу... Ни къ чему ты не при- !?■