Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

392 СОЧИНЕНІЯ А. ЛЕВИТОВА. — Дннь! Динь! Динь! порывисто зазвенѣлъ въ это время колокольчикъ у черной клеенчатой двери. — Звони! Звони! насмѣшливо отвѣчалъ Иванъ Николаевичъ этому звону. — Теперь, братъ, я не особенно васъ боюсь. Я теперь отопрусь и перевѣдаюсь съ вами! Весь мой опытъ тебѣ, Ваня! Не дамъ я тебѣ, сударику, обманутымъ быть на людями, ни самимъ дьяволомъ... — Динь! Динь! Динь! еще тревожнѣе залился колокольчикъ, а Иванъ Николаевичъ, по прежнему тихонько посмѣивался и поглаживая бакенбарды, говорилъ: — Ужь это, какъ дважды два вѣрно, спасу. Хоть бы вы трес­ нули тамъ звонивши. Ежели онъ вдастся въ умственные зиг­ заги, какіе насъ въ старину заѣдали, мы его развлекемъ, Всей своей желчью оплюю я эти зигзаги. Съ женщиной ежели сойдется, — мы приставимъ ей голову,—рѣдкія онѣ у насъ, бѣдныя, съ головами-то... Ахъ, несчастье! Ахъ, какое губи­ тельное несчастье! Пуще заразы пожираетъ оно нашъ моло­ дой народъ!.. Но ничего, Ваня! Все Богъ! Можетъ какъ нп- будь и отъ этого оттолкнемся. За дверью между тѣмъ слышалось: — Надо налегнуть!.. — Извѣстно налегнуть, — не отпираетъ кое мѣсто. Кто его знаетъ, што онъ тамъ? — Штожь? Налягемъ, коли ежели... Вслѣдствіе этого рѣшенія, дверь заскрипѣла и йотомъ обѣ половинки ея грянулись на полъ передней. — Мальчикъ, прячься! Ребенокъ, хоронись скорѣе! кри­ чалъ Иванъ Николаевичъ, пуская въ рыжеусаго дворника массивнымъ, парящимъ въ небо ангеломъ. — Не извольте буянить, ваше высокоблагородіе! резонно и тихо говорилъ бравый городовой, усаживая Ивана Николае­ вича въ карету —Не хорошо! Чинъ вашъ этого не дозволяетъ.. — Вали! Вали! кричалъ съ подъѣзда дворникъ. — Онъ., братъ, тутъ унасъ весь дворъ поѣлъ... Что съ нимъ е щ е раз- говаривать-то?.. — Ваня! Ваня! Берегись! продолжалъ кричать Иванъ Ни-