Левитов А.И. Горе сел, дорог и городов

ПЕТЕРБУРГСКШ СЛУЧАИ. 377 кону никакого ласкательства не оказываешь. Я чувствовалъ за собою этотъ порокъ, т. е. что ласкаться мнѣ къ людямъ стыдно, подумаютъ, что я у нихъ прошу чего нибудь, и по­ тому сталъ плакать, а отецъ утѣшалъ меня и совѣтовалъ какъ можно скорѣе исправиться... Потомъ я проводилъ его до заставы. Было холодно и дождь ліі.іъ, какъ изъ ведра. Около заставы стоялъ кабакъ, мы вош­ ли въ него. Тамъ горѣла тусклая, сальная свѣчка и сидѣли мужики съ красными, задумчивыми лицами. Отецъ вынулъ изъ-за пазухи кошелекъ и всѣ деньги высыпалъ мнѣ. Въ ко­ шелькѣ оказалось три серебряныхъ цѣлковыхъ и гривенъ шесть мѣдныхъ. Вотъ,—говоритъ,—тебѣ до Рождества,—кормись! А за квартиру самъ заплачу, когда за тобой пріѣду брать тебя на Рождество. Я сталъ говорить ему, чтобы онъ взялъ у ме­ ня рубль; но онъ отказался отъ рубля, а отсчиталъ себѣ толь­ ко три гривенника, изъ которыхъ одинъ тутъ же и пропилъ. Я спросилъ у него: какъ же ты съ двухгривеннымъ полтора­ ста верстъ пройдешь? Что ѣсть будешь? — Ничего! Какъ нибудь пройду... Притворюсь дежурнымъ изъ консисторіи,—попадьи, надо полагать, кормить будутъ... Дай-ка мнѣ еще гривенничекъ, я выпью. Я далъ ему гравенникъ... и онъ выпилъ. Выпивши, обнялъ .меня, заплакалъ и, рыдаіочи, сказалъ: — Несчастные мы! Несчастные! Несчастнѣе насъ, кажется, во всемъ бѣломъ свѣтѣ нѣтъ никого... Всю жизнь, всю-то жизнь жизнеяскую майся безъ отдыху... Отвсюду, за твой го- .іодъ и холодъ, насмѣшки паскудныя, брань мерзкая—и ниче­ го не подѣлаешь! ., т. е. никакими средствами не вылѣзешь... Какъ бы не вы, ребята, засѣлъ бы я въ любомъ кабакѣ и по- колѣ.іъ бы въ немъ... Блаже іуіѣ было бы!.. Ну, прощай! Да будетъ воля Господня! Смотри же, другъ, учись, старайся!.. Выручай!.. Онъ пошелъ; а я долго смотрѣлъ ему въ слѣдъ,—до тѣхъ поръ смотрѣлъ, пока совсѣмъ не закрыли его отъ меня ту­ манныя стѣны проливного дождя. У меня такъ и разрывалось сердце отъ жалости къ отцу— и я едва-едва не убѣжалъ вслѣдъ за нимъ...“