Маньчжурский дневник

Помню, ходил с ним до станции Талица, по пути он переписывал детей школьного возраста в железнодорожных будках. День был солнечный, те­ плый. Он много интересного рассказывал. За этим разговором и наблюдением природы не было усталости, и мы незаметно к вечеру вошли в Талицу. Ходили смотреть, как в глубоких оврагах внизу протекает речушка Тальчик, где пасут­ ся лошади, поедая траву. Надвигались тучи, были видны всполохи молний и слышны раскаты гро­ ма. Упали первые капли приближающегося дождя, и мы возвратились на стан­ цию, где стали ожидать поезд на Елец. Чуть посветлело ночное небо. Пришел пассажирский поезд. Мы сели в ва­ гон и двинулись на Елец. Елецкий вокзал встречал нас ранним тихим, теплым утром. Как красиво смотрелся город с церквами и Вознесенским собором, утопающий в зелени на фоне чистого неба. Мы шли домой. Я жил на Рабочей улице, последний дом у реки Быстрая Сосна, а Александр Иванович - на Аргамаче. Присели на берегу недалеко от моего дома. Утренняя тишина, спокойная гладь воды, нарушаемая играющей рыбой, отражение домов Аргамачи в воде. Все окутано розоватым солнечным светом, пением птиц. Необыкновенная красота, и мне почудилась музыка Мусоргского «Рассвет над Москвой-рекой». Было такое сильное чувство от увиденного и пережитого в это утро, которое сохранилось навсегда в моей памяти. Александр Иванович умел вселять в наши души любовь и уверен­ ность в рисовании. Открыл нам глаза на прекрасное в природе, жизни, в рисунке и живописи. Эстетически развивал нас. За все это ему я очень благодарен. Фронтовые зарисовки Полученные знания от первого моего учителя в искусстве А.И. Возне­ сенского я использовал в минуты после боев. Иногда в спокойной обстанов­ ке на передовой любовались красотой природы. И вот в подобные моменты я с удовольствием рисовал своих однополчан в окопе или землянке. Они мне в знак благодарности приносили трофейную бумагу и карандаши. Однаж­ ды принесли небольшой перочинный нож для заточки карандашей. В своих рисунках я изображал однополчан в боевой форме и обстановке. Размеры рисунков были 9x12 или 10x14 сантиметров, которые они отправляли домой вместо фотографий. Одновременно с портретами делал наброски в землянке и красивые угол­ ки природы, а также развалины и поверженную технику фашистов. К сожале­ нию, фронтовые рисунки у меня не сохранились. 100