Маньчжурский дневник

конфликта и с сохранением чувства собственного достоинства. Что, кстати, он удачно и сделал, сказав через некоторое время об обидчике: «Да он пья­ ный!» Конфликт был достаточно мирно и по-житейски просто урегулирован, обе стороны остались при своем мнении. Ведь все понимают и знают - какой спрос и претензии к нетрезвому, он ведь не отдает полного отчета в своих действиях. Такова была «наглядная агитация» в реальной жизни художника И.Г. Мишина. Натюрморт с розами В 1993 году, беседуя о созданном им интересном автопортрете с золоты­ ми шарами («визитной карточкой Ельца»), художник говорил мне: «Видишь, Виктор, часть листьев букета засохла, вот надломленный стебель, розетка цветка и его лепестки упали на стол. Вот и моя жизнь уходит». Безуслов­ но, как мог я поддерживал Ивана Григорьевича, говоря, что «все хорошо, не надо думать о плохом». Он старше меня, ему было столько же лет, сколько и моему отцу, вопросы конечности человеческого бытия его волновали, вызы­ вали грустные ассоциации. Теперь осознаю, что мы не могли быть тогда на «одной волне» осмысления и обсуждения его внутреннего психологического состояния. Летом 2000 года по моей просьбе Иван Григорьевич начал работать над натюрмортом с букетом роз. К этому времени художник уже испытывал проблемы со здоровьем, не всегда был энергичен и бодр, оставил преподавание в художественном учи­ лище, ездил в медучреждения областного центра. Но творческая работа его поддерживала и отвлекала от невеселых мыслей. Натюрморт он писал долго, закончилось лето, а затем и осень, букет цветов завял на столе его мастерской, но Иван Григорьевич не был удовлетворен результатом на холсте и продол­ жал его «дописывать». Накануне 2001 года он попросил Зою Владимировну принести натюрморт из мастерской, куда уже не ходил сам, подписал его и пе­ редал мне. Смотря на это произведение, теперь становится очевидным то, как отображенное художником на холсте напрямую связано с его жизнью, пси­ хологическим и общим состоянием. Натюрморт отражает прощание и уход художника из мира: начиная от колорита - коричневого и темного фона - и до изображения самих цветов, которые были похожи на бумажные. И только книга и чашка с чаем на столе связывали художника с реальным бытием. Это одна из последних работ художника - с жестким философским подтекстом и не очень оптимистичная. Но большинство его работ несут зрителям опти­ мизм и радость бытия. Сердце Ивана Григорьевича Мишина перестало биться 7 февраля 2001 года, похоронен он на городском кладбище в Ельце. 83