Ковалев С. Ю., Десятый Гвардейский

262 близкими. Чариев – классный радист, уже сбил несколько истребителей врага, неоднократно был ранен, признавался негодным к летному делу, но продолжал летать. На подходе к Ладожскому озеру Чариев заметил ис- требитель Ме-110, который тут же открыл огонь. Трасса пуль прошла через кабину радиста, ранила Малика в плечо. При повторной атаке были ранены летчик и штурман, по- врежден самолет. Превозмогая боль, Чариев первой же очередью послал к земле истребитель. Когда Торопов сбро- сил бомбу, самолет обстреляли зенитки. Яркая вспышка ослепила экипаж. Самолет осветили прожекторы. Один из снарядов попал в крыло, осколки другого снаряда повредили фюзеляж. Машина загорелась. Скольжением до высоты 1000 метров летчику удалось сбить пламя. Но многие при- боры, компас штурмана были разбиты, не стало связи. Мусатов, раненный в руку и плечо, из последних сил вел корабль. Торопов движениями рук показывал направле- ние на запасной аэродром, давал сигналы бедствия крас- ными ракетами. Наконец, появился аэродром Пороги, на нем еле виднелось «Т», обозначенное кострами. Штурман израсходовал все ракеты, а посадочный прожектор все не включали, (он оказался неисправным), Мусатов призем- лился в полной темноте. В конце пробега самолет встал на нос. Захлестали из поврежденных баков горючее и масло. К счастью, машина не загорелась. Работники БАО помогли экипажу выбраться из самолета. Первую помощь раненым оказали в лазарете. Днем на аэродром прилетел замполит полка майор А.Я. Яремчук и отвез экипаж в Калинин. В госпитале авиа- торам сделали операции, стали лечить, но больные оказа- лись «неблагодарными» - через неделю мы улетали в Ли- пецк, и, чтобы не отстать от товарищей, экипаж сбежал из госпиталя».