Корсунский И.Н., Раненбургская Петропавловская пустынь

і крѣпость; волосы оказались совершенно крѣпкими. І Тогда на о. Наѳанаила напалъ большой страхъ и ужасъ ; и онъ поспѣшно вылѣзъ изъ могилы и тогда же Ііри- ; казалъ зарыть могилу, а для новаго покойника вырыть ; могилу на другомъ мѣстѣ. Въ первую же ночь послѣ : сего ему во снѣ явился схимникъ съ посохомъ въ ру- і кахъ и грозно спросилъ его: „кто позволилъ тебѣ прежде времени открывать мой гробъ, да еще и за во- : лосы дергать меня1? О. Наѳанаилъ отъ страха проснулся ; и болѣе не могъ уснуть въ ту ночь. Тоже повторилось : и въ другую и въ третью ночь, при томъ все грознѣе I и грознѣе былъ являвшійся схимникъ. Тогда о. Наѳа- ; наилъ пошелъ на могилу послѣдняго, кланялся надъ : нею, со слезами прося прощенія у него и въ тоже вре­ мя обѣщая поставить памятникъ надъ его могилою и і сдѣлалъ надъ нею на 4-хъ столбахъ кирпичную ча- ; совніо съ навѣсом'ь. Потомъ о. Наѳанаилъ началъ доиски- і ваться свѣдѣній о томъ, кто былъ этотъ чудный схим- і никъ, и наконецъ гдѣ-то въ ризницѣ, за шкафомъ, на- ; шелъ небольшую старую тетрадь, содержавшую въ себѣ краткую запись о жизни и подвигахъ старца, который оказался іеросхимонахомъ Мелхиседекомъ. Молитва не : только примирила, но и соединила души старцевъ, а погребеніе и священные останки ихъ сблизило до со­ сѣдства однихъ съ другими, чтобы и память объ одномъ ; изъ старцевъ невольно вызывала собой и память о і другомъ 17). 17) Жизнь и подвиги старца Наѳанаила мы изложили по двумъ рукописямъ, полученнымъ отъ Преосвященнѣйшаго Іустина, изъ коихъ одна стараго, а другая новаго письма, изреченіе же его мы списали съ начертаннаго подъ литографическимъ портретомъ о. Наѳанаила, находящимся въ келліи о. каз­ начея пустыни іеромонаха Агапита.