Корсунский И.Н., Раненбургская Петропавловская пустынь

но умедлилъ сіюеіо помощію. Проснувшись отъ сна послѣ такой молитвы, іеродіаконъ Никодимъ почувство­ валъ облегченіе, и съ итого времени лихорадка оста­ вила его. Но главнѣйшимъ мѣстомъ подвиговъ иноческой жизни для отца Никодима была именно Раненбургскаи Петропавловская пустынь, и ее Господь какъ бы на­ рочито уготовилъ для таковыхъ его подвиговъ. Еще будучи въ Задонскѣ, молодой тогда подвижникъ ино­ ческой жизни послушникъ Никифоръ видѣлъ въ видѣніи сію пустынь, какъ самъ о томъ разсказывалъ послѣ, живя въ отой самой пустыни. „Отою я ,—говорилъ онъ,— однажды въ церкви во время литургіи на клиросѣ и вдругъ пришелъ въ какое то неизъяснимое состояніе духовное, будто заснулъ или забылся, и въ отомъ со­ стояніи мнѣ представилось, будто я стою у окна въ той самой келліи, въ которой живу теперь, и смотря на востокъ, вижу вотъ этотъ самый соборъ, вонъ тотъ восточный корпусъ и еще корпусъ къ западной стѣнѣ монастырской ограды, котораго теперь еще нѣтъ“. И это все было прежде нежели онъ когда либо видѣл'ь Петропавловскую пустынь. Ноз’ь сомнѣнія, Господь этимъ указывалъ ему мѣсто, гдѣ бы онъ, взирая толы,-о ко Господу и мѣсту обитанія Его, Имъ однимъ жилъ и для Него одного подвизался. Въ Петропавловской пустыни отецъ Никодимъ под­ визался и /килъ долѣе всего, именно около 40 лѣтъ. Здѣсь онъ былъ рукоположенъ въ іеромонаха архі­ епископомъ Рязанскимъ Евгеніемъ (Казанцевымъ) въ 1834 году въ Никольской Ямской церкви, здѣсь, былъ, нѣкоторое время казначеемъ и здѣсь же въ 1844 году принялъ великую схиму съ именемъ Наоанаила. Но,