Корольков М.И., Липецк и Липчане

82 82 тайством о возвращении на Родину: "Я не был рождён поме- щиком... И, конечно, в чужих ли краях буду или на родине, однажды принятого мною решения я никогда не изменю и останусь твёрд в намерении моём — жить собственным тру- дом". Возвращение на Родину (1862) В июле 1862 года Юрий Николаевич с семьей (в Лон- доне родился сын Никс) был уже в Париже на возвратном пути из Лондона в Россию. Для поселения был определён Ярославль. И снова создаёт- ся хор, возобновляются гастроли; восстанавливается хор церкви Сиротского дома. В 1864 году разрешён переезд в Москву, а в следующем году он уже дает шесть концертов на Нижегородской ярмар- ке. Хор и оркестр (150 артистов) привлекли внимание купе- ческой публики, концертный зал ломился от слушателей. Хроника того времени пестрит упоминаниями о концер- тах под управлением Ю. Голицына. Москва ни до, ни после этих концертов таких сборов не видала никогда. Его "Эй, ухнем" и "Камаринская" были неповторимы... Обе песни в концертном исполнении умерли вместе с ним... ... Последний приезд Голицына в Петербург касался чисто семейных дел: лично испросить согласие старшего своего сы- на Евгения на присвоение Никсу княжеского титула без вся- ких имущественных прав. Накануне отъезда Юрий Николаевич заехал к знакомой со- труднице "Русских ведомостей" А. И. Соколовой. Прощаясь, по-товарищески обнял: "Вы знаете, зачем и к кому я еду. От результата этой поездки зависит вся жизнь моя. Удастся мне уговорить и упросить сына – я вернусь к вам сюда молодой и счастливый, с запасом новых сил и новой энергии, не удастся – не вернусь вовсе! Сил не хватит пережить такую неудачу!" Сил не хватило... Он умер 2 сентября 1872 года от истоще- ния, болен не был, пролежал в постели один только день в од- ной из петербургских гостиниц. По телеграфу извещена была