Корольков М.И., Липецк и Липчане

416 416 – Пётр Африканович, имеете ли вы семью? – как бы между прочим спрашивает господин полковник. – Кроме родителей имею сестру, – ответствует бывший прапорщик. – Хорошо... А невеста на примете или горизонте мирном наблюдается или молча отсиживается «в окопах»? Замешкался с ответом Петруша: – Н-н-нет... Д-да... Был разговор с матушкой... – Разговоры-разговорами, – отрубил командир полка, – но жизнь устраивать надо, а то австрияк оторвёт тебе ноги снарядом, – кому ты тогда будешь нужен, разумеешь? – Не подумал об этом... Не до того… – То-то... На днях приехала ко мне племянница с велико- лепным телосложением и умом, но ревности феноменаль- ной. Заикнулся с ней о женихах, а она вспыхнула: "Дядюш- ка! Не предлагайте мне второсортный товар! Я хочу, чтобы окромя и допрежь меня мой избранник никого не любил!» Такова она, суровая моя племянница... Вот такие события обозначились в письме. Теребят ме- ня вопросами отец и мать Петруши, а сестра его тоже от родителей не отстаёт. Я требовательно заявляю им: "Мне ваше повышенное настроение мешает глубоко ду- мать. Дайте конверт с адресом, а всё остальное – беру на себя!" А у меня, знаешь, дело впереди слова бежит! И весьма резво. Через два месяца приглашение поступает ко мне по поводу семейного торжества в доме Иванова-Дем- бельского по случаю его счастливого освобождения от предполагаемых чар нежелательной особы. Стало быть, моё письмо сыграло огромную роль. – Так это вы сочинили письмо? – Точно так! И направила герою России генералу Бруси- лову! Он его передал полковнику Петруши, который, в не- сомненной ярости, вручил нашему страдальцу от неожи- данной любви. После возвращения с фронта Пётр передал письмо с благодарностью мне на вечное хранение. – И оно сохранилось!!! – В шкатулке до сих пор обретается со сгибами поперёк