Корольков М.И., Липецк и Липчане

401 401 Мыслительные извилины на лбу моей собеседницы обо- значились: "Чаще всего захаживала княгиня Дулова. Припоми- наю случай, когда вслед за ней вошла в дом незнакомая старушка неопределённых лет". Последние слова я незамедлительно на- низала на мысленный крючок. Распрощалась с поцелуями, и толкнулась я в дом княгини. Сразу меня не приняли: обычай светский был у неё не вставать ранее одиннадцати часов. На- стоящая барыня! Но приём оказала благосклонный, подтвердила, что она «в тот день пребывала в гостях у Аделаиды. По непонят- ным причинам заглянула в дом Аделаиды неизвестная в городе "повитуха" (так она назвала себя). Но предмета для её руко- месла не было. Она прервала наш разговор, когда Аделаида с горечью призналась, что не знает, куда спрятать шкатулку. По- витуха, видя бессмысленность своего пребывания, удали- лась из дому...» Договорилась я с княгиней, что потревожу ещё один раз сво- ей просьбой, она благосклонно кивнула: "Рада споспешество- вать благому делу". И отправилась я к жене полицмейстера. К счастью, сам полицмейстер был дома, а когда узнал, по каким делам явилась, то побагровел и рявкнул: "Что эт-т-то значит? Не разговаривает в нормальности? Пытать!!» Еле его успокои- ла и планчик ему изложила по пунктам-параграфам. Выслушал со вниманием, подкрутил усы, поправил орден. "В тебе, суда- рыня, таланты знаменитого петербургского сыщика зарыты. Утверждаю твой план под моим руководством". Фелицата Ардалионовна задумалась, лицо осветилось приятной улыбкой. – А чем закончилось дело, – спрашиваю. – В торопливости, мил-человек, и мысли отбегают от головы. Продолжаю повествование о своих славных деяниях. Я уже упоминала, что имела прикосновение к делам попечительного совета богадельни. И под этим "соусом" явилась и попросила пригласить для беседы старушку Аделаиду. Расположились мы в одиночной беседке, представилась я по всем правилам и вопрос подкидываю: "Нет ли у вас, многопочтенная Аделаида Петровна, каких-либо просьб или замечаний для улучшения вашего самочув- ствия?" Молчит в упрямстве моя страдалица. Тогда словно