Корольков М.И., Липецк и Липчане

19 19 Удивительно, но злое слово не производит никакого впе- чатления. Хорошо. Щас по-другому запоёшь! В запасе на такой случай имелся «коронный» вопросик: – А патент имеешь? Вопрос «сработал», продавец легко перепрыгнул через ко- жи, стараясь догнать нахального «покупателя». Раздумывать некогда, ибо может очень даже просто навертеть уши, если догонит. Наклонив голову, ввинчиваюсь в людской лес, через проклятия, затрещины и подзатыльники пробиваюсь к месту, где продают птиц. Здесь меня знают и в обиду не дадут. За подзатыльники не обижаюсь. Сам заработал. Другое дело, когда незаслуженно лупят. В таком случае вскипает и ярость благородная. Когда пробирался к скобяным товарам, то случайно услышал доверительный разговор цыганки-гадалки и молодой крестьянки, фартук которой был изукрашен цветны- ми лентами. Между прочим, в дни воскресных толкучек всегда работает бригада важной Эльвиры – громадной красавицы- цыганки, неопределённого возраста, с множеством колец и перстней на пальцах, несколькими нитками бус и большими се- ребряными серьгами. Цветастой шалью, по-моему, можно бы- ло накрыть половину рыночной площади. Возвратимся к разго- вору: – За мужем следи, – говорит гадалка, – есть у него буб- новая дама, но равнодушен он к ней. А детки у тебя будут. – Сколько? – робко спрашивает молодайка, скручивая и ра- скручивая от волнения конец платка. – Пять – точно, а семь – может быть, – получает уверен- ный и долгожданный ответ. Понимаю, что разговор не для моего возраста и резко изме- няю курс, наталкиваюсь на высокого дяденьку, слышу сверху что-то рычащее, я увёртываюсь от правой ручищи, вознамерив- шейся отвесить мне подзатыльник. Следующая сценка привлекла не только мое внимание. – Кошелёк украл! – кричала дородная крестьянка, легко удерживая карманника по кличке «Поручик» за запястье руки. Собралась толпа, «Поручик» перестал вырываться и что-то шёпотом говорил крестьянке.