Корольков М.И., Липецк и Липчане

151 151 ских учреждений, опекуном и попечителем крестьян. За- благовременно позаботился «опекун» и о проведении своих людей в волостные старшины тех населённых пунктов, где он предполагал развернуть работы по добыче руды. А после этого целая армия приказчиков с отпечатанными бланками договоров направилась в сёла и деревни. Срочно соби- рались сходы, ставились бочки с водкой, сыпались обещания о небывалых заработках и звучали просьбы подписать предлагае- мый договор. Там, где крестьяне отказывались сдавать свои земли, следо- вал нажим на земское начальство. Таким образом удалось добиться аренды нескольких ты- сяч десятин земли. Газета «Московские Ведомости» так представила своим читателям «процесс» съёмки земель в Романовском обществе: «...Сход собран. Народу сошлось до 150 человек. Убеди- тельные средства и способы со стороны Кожина те же, что на селе Кульпинском (а там старшина – бывший лакей – собира- ет сход, предлагает отдать руду господину Кожину, является кожинский приказчик, ставит четыре ведра водки, подкупаются несколько горлопанов, кричащих за сдачу земли, и состоялся приговор. Результат: кто пил водку, тот дал согласие, другие – нет). Общество состоит до тысячи человек, многих из них не было в селе, но имена их были записаны в приговоре». Согласно приговорам (так назывались договоры с крестья- нами), Кожину давалось право «по всей площади земли, при- надлежащей обществу, где пожелает... рыть колодцы или шах- ты, ставить всякого рода приспособления и машины, прокла- дывать дороги и занимать места для складов и всякого рода построек...» На изыскания устанавливался срок в три месяца, в течение которого плату за аренду вносить не требовалось. Интересы крестьян в договоре были изложены в «хитрой» редакции: Кожин платил не за десятину фактически арендован- ной земли, а только за площадь, занятую колодцами, шахтами, складами, постройками и дорогами, что, естественно, вызыва- ло недовольство крестьян.