А.Ю. Клоков, А.А. Найденов, Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Усманский район

42 Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархий. Усманский район ные дома из жилых помещений» 92 . Не- удивительно, что в атмосфере массовой истерии и пропаганды к 25 февраля 1930 г. при 3-й школе первой ступени в Усмани организовалась группа юных безбожников, объединившая 80 человек учащихся. Школа вызвала на соцсорев- нование 2-ю школу первой ступени «по вопросу усиления массовой безбожной работы в школе» 93 . 4 июня 1930 г., по сообщению Усманс- кого горсовета, «здание бывшего мона- стыря использовано и переоборудовано под музей. Что же касается бывшей Козмодамианской церкви, то таковая бу- дет переоборудована под театр» 94 . Но из- за отсутствия необходимых средств «пе- репрофилирование» храма Божьего под храм Мельпомены пришлось запланиро- вать на следующий год. Пока же здание Космодамианской церкви отдали воен- ному ведомству. То есть, выдумывались любые предлоги, только чтобы храмы за- крыть. Осенью 1931 г. в г. Усмани был открыт областной (ЦЧО) антирелигиозный тех- никум на 160 учащихся 95 . После объявле- ния «безбожной пятилетки» газета «Во- ронежский безбожник» пестрела умо- помрачительными заголовками: «Вместо церквей – клубы», «Безбожному колхо- зу – красное знамя», «Безбожная брига- да конюхов», «Безбожные отряды трак- тористов», «Засеем безбожные га», «За- сеем во всех колхозах безбожные га», «Безбожная ударная бригада свиново- дов» 96 . Тот же «Воронежский безбож- ник» в первом номере за 1935 г. сообщил: «Новое в антирелигиозном музее ... «чу- дотворная» икона Корсунской Богоро- дицы из Усмани». Из Усмани отделение «Союза воин- ствующих безбожников» отправил 11 «безбожных агитбригад» из 45 человек, которые организовали 12 колхозных яче- ек, прочитали 100 антирелигиозных до- кладов, выпустили 45 стенгазет 97 . Членов «Союза воинствующих без- божников» власти использовали для об- мана прихожан с целью снятия колоко- лов и закрытия церквей. Их учили соби- рать подписи прихожан, участвовавших в собраниях, завернув верхнюю часть листа, куда потом вписывали что угодно. В результате получалось, что прихожане сами высказывались за снятие колоко- лов и просили закрывать свои храмы 98 . Но до середины 1930-х гг. многие сель- ские храмы в Усманском крае ещё про- должали работать. По данным «Комис- сии по вопросам культов», в Усманском районе до 1931 г. было закрыто всего лишь 3 храма, при этом состояло на учё- те 30 «тихоновских» и 0 обновленческих церквей 99 . В середине 1930-х гг. местные власти начали почти силой заставлять членов общин соглашаться на частичное заня- тие церковных зданий под складирова- ние зерна. Это был «тренд» того времени и в части антирелигиозной работы, и в решении проблемы нехватки помеще- ний для временного хранения убранного урожая зерновых культур. Так, бюро Дрязгинского РК ВКП (б) «путём опроса» 22 апреля 1935 г. постановило мобилизо- вать автотранспорт МТС и совхоза для вывозки зерна из глубинок, установив для них контрольные цифры вывоза и места ссыпки зерна: а) Сошкинская МТС – 400 тонн – Сошкинская и Дряз- гинская церкви; б) Дрязгинская МТС – 425 тонн – Дрязгинская и Куликовская церкви; в) Дрязгинский Махорсовхоз – В-Телелюйская и Московская (с. Мос- ковка) церкви 100 . Но, несмотря на подобную политику местных властей и объявленную «без- божную пятилетку», даже накануне сим- воличного «1937 года» многие храмы Ус- манского края всё ещё продолжали дей- ствовать. Например, в одном из протоко- лов отчётно-выборного райпартсобрания в Дрязгинском районе от 25–30 мая 1937 г. отмечалось, что «за последнее вре- мя заметно оживились церкви, из кото- рых в районе ни одна не закрыта и почти все функционируют» 101 . По данным на 1936 г., в Усманском районе, где до революции насчитывался