Китаев А.С., Под сенью Усманского бора

Усманское краеведческое общество 185 Глава 1. Там, где ключ Студеный... влажным, засушливым ли. Эти показатели всегда выше общеплановых, общеколхозных. Такими показателями не каждый чабан может похвалиться, хотя трудолюбивых в колхозе много. Вот Николай Евдокимович Киселев, Иван Дмитриевич Литвинов, Василий Ефимович Бокарев, Василий Никанорович Литвинов, Василий Емельянович Паневин, Владимир Ильич Смольянинов, Владимир Евстафьевич Стрельников и многие другие, — все они работают хорошо, а с Ильиным не сравнишь, рядом не поставишь. – Секретом что ли, каким чабанским владеет? – Есть секрет, — усмехнулась Александра Гавриловна, — есть. В характере его. Не обладай твердым характером, ещё не известно, быть бы ему чабаном или не быть. Узнать его твердый характер я и отправился к нему на пастбище. ...По склону балки, сухой и зеленой, мирно и спокойно пасется бело-серая, в несколько сот голов, овечья отара. Уткнув головы вниз, овцы с аппетитом съедают молодую сочную травку. За отарой следит, опершись на палку, невысокий, лет сорока человек в кирзовых сапогах, в легком пиджачке и серой, выгоревшей на солнце кепке. Смуглое до черноты лицо его сосредоточено, зоркие глаза устремлены вдаль. Там, на переднем крае, несколько овечек, отделившись от отары, подошли к меже, за которой начинались посевы ячменя. И они сейчас могут забраться в него. – Э-эй, куда пошли?- – грозится чабан. – А ну, вернись! На требовательный окрик, овцы поднимают от голове кепку и лишь после этого сказал: – За отарой ходить не просто. Тонкое это дело. И если я выращиваю по 112—15 ягнят на сто овцематок, то достается это с большими трудностями. Ильин шагнул в сторону отары, ловким движением рук поймал полуторамесячного ягненка, взял на руки, вернулся ко мне^ и, поглаживая его по белой мягкой шерстке, сказал: – Вот это нелюбка. – «Нелюбка»? Что это — новая порода? – Да нет. Бывает у молодой матки два ягненка. Одного она принимает, кормит, другого гонит от себя. Такого ягненка мы зовем «нелюбка». Вырастить его — дело нелегкое. Мы вот своим звеном делаем это так. Подсаживаем ягненка к той овцематке, у которой много молока. Правда, -овца не всегда принимает чужого малыша. Тогда мы сдаиваем молоко, поим из рожка, а после ягненка подсаживаем к матке. Так делаем до тех пор, пока она не привыкнет к чужому ягненку. Валентин Васильевич опустил на землю ягненка, и он вприпрыжку, боком-боком, как козленок, понесся" догонять стадо. Чабан весело смотрит ему вслед, улыбается, говорит мечтательно: – Можно иметь хорошую отару, умело провести окот, на счастье зима и весна выдадутся добрые — вот и готов высокий показатель. А к осени смотришь, и по ягненку не приходится на овцу. Почему? Не умеем еще сохранять молодняк. Много падежа допускаем. Глаз да глаз нужен за ягненком. Но мне опять-таки не дают покоя слова, сказанные секретарем парткома о том, что у Ильина одни из лучших Валентин Васильевич Ильин, приняв отару, сразу же начал учиться овцеводству... земли головы, с минуту смотрят на чабана й бегут к отаре. Мы поздоровались . Мне хотелось узнать поподробнее, как это ему удается много лет подряд идти в ряду лучших чабанов района и первым по своему колхозу «Комсомолец». На это он ответил не сразу. Достал из кармана брюк платочек, вытер вспотевшие лицо и шею, поправил на в колхозе результаты. В первом году своего чабанства, а это было пять лет назад, он получил по 95 ягнят на сто овцематок и 2 килограмма 700 граммов шерсти с овцы. Сейчас по 115 ягнят и шерсти 3 килограмма 800 граммов. Разница заметная. Повезло, значит, случайность... Когда я намекнул Ильину на это, он удивленно посмотрел на меня и сказал: