Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

П о д ъ т ѣ н ь ю м е н а 219 залпы слѣдуютъ одинъ за другимъ. Авангарды встрѣтились, и бой закипѣлъ. Кавалерійскіе эскадроны скачутъ по всѣмъ направле­ ніямъ. Устрашенные поселяне ищутъ спасенія въ бѣгствѣ. На опушкѣ лѣса стоитъ та отталкивающая фигура, которая упорно слѣдовала за французскимъ войскомъ на походѣ. Онъ дико прислушивается ко всѣмъ звукамъ, долетающимъ до него по до­ рогѣ, которая извивается передъ нимъ, и не обращаетъ никакого вниманія на падающій дождь. Неожиданно показывается группа всадниковъ, во главѣ которыхъ скачетъ маленькій человѣчекъ въ треугулкѣ и сѣромъ сюртукѣ; за нимъ слѣдуетъ дорожная карета четверкой. Остановившись на минуту у лѣсной опушки, онъ про­ должаетъ свой путь въ сопровожденіи блестящей свиты генераловъ и офицеровъ. Мрачная фигура быстро исчезаетъ въ чащѣ. LVI. Смерть капрала. — Дядя! Дядя! Посмотрите на меня! Послушайте! Получены славныя вѣсти! Произошла битва, и императоръ одержалъ побѣду! Это... я... Марселла! Капралъ сидѣлъ въ своемъ креслѣ и какъ будто опалъ; но глаза его были широко открыты, и онъ тяжело дышалъ. Марселла, только что вернувшаяся домой съ газетей въ рукахъ, нашла его въ этомъ безсознательномъ положеніи и сначала, полагая, что онъ спитъ, тихо взяла его за руку и старалась привести въ себя. Но видя, что это ни къ чеМу не ведетъ, и опасаясь, что съ нимъ серьезный припадокъ, она стала звать на помощь свою мать. Та немедленно явилась съ верху и начала тереть старику руки и прыскать въ лицо водой. Но все было тщетно. — Онъ умретъ!—воскликнула Марселла, ломая себѣ руки;—ему никогда не было такъ худо. Мама сбѣгайте поскорѣе за Плуэ... ему надо пустить кровь. Учитель Арфоль говорилъ, что это един­ ственное средство. — Не лучше ли сходить за патеромъ?—промолвила вдова. Ее мучила мысль, что зять умретъ безъ покаянія, а практическая Марселла заботилась о томъ, чтобъ принять всѣ мѣры къ его вы­ здоровленію, полагая, что онъ поспѣетъ приготовиться къ смерти, когда исчезнетъ всякая надежда на сохраненіе жизни. Вскорѣ цырюльникъ явился и пустилъ кровь паціенту, но, окон­ чивъ свое дѣло, онъ тихо произнесъ; — Кровь идетъ очень тихо. Онъ чрезвычайно слабъ и врядъ ли оправится.