Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

— П о д ъ т ѣ н ь ю м е ч а 213 подобное неожиданное прекращеніе водворившагося во Франціи мира? Вмѣстѣ со всѣми другими, Роанъ привыкъ мѣсяцъ за мѣ­ сяцемъ дышать свободно; на его лицѣ начали мало-по-малу сту­ шевываться слѣды перенесенной имъ тяжелой пытки, и наконецъ онъ собрался съ силами и протянулъ свои уста къ очарованной чашѣ любви. Но въ эту самую минуту снова вокругъ него все померкло, и онъ, еще разъ низвергнутый съ высоты своихъ надеждъ, находился въ безднѣ отчаянія. Мадонна Ненависти услышала его молитву, но съ какой-то злой ироніей исполнила его желаніе. Она свергла съ престола ненавистнаго его врага, но лишь для того, чтобъ'черезъ годъ вернуть ему этотъ престолъ. Она, невидимому, дозволила бѣдному народу вздохнуть свободно толг.ко для того, чтобъ новая пытка была для него еще ужаснѣе прежняго. Съ начала, впрочемъ, оставался кое-какой лучъ надежды. Патеры усердно молились, а роялисты хвастливо увѣряли, что съ узурпа­ торомъ легко справятся. Но каждая газета приносила новое под­ твержденіе, что не только Наполеонъ воскресъ, но и вмѣстѣ съ нимъ воскресла прежняя военная гроза. Почти съ такимъ же ужасомъ, съ какимъ Роанъ думалъ о На­ полеонѣ, онъ смотрѣлъ теперь на капрала. Извѣстія о возвращеніи его кумира придали старику новыя силы. Онъ снова принялъ на себя прежній авторитетный тонъ и прежнюю Наполеоновскую позу. Онъ былъ блѣденъ и слабъ на ногахъ, но старый воинственный духъ вернулся къ нему, хотя зная, что Кромлэ сохранилъ свои роялистскія наклонности, онъ преимущественно высказывалъ импе­ ріалистскій энтузіазмъ въ четырехъ стѣнахъ своего жилища. Сна­ чала Тильдъ не соглашался съ дядей, увѣряя, что пока мар­ шалъ Ней стоитъ за короля, то дѣло Наполеона безнадежно, но когда Ней съ арміей перешелъ на сторону cjeoero бывшаго повелителя, то они оба рѣшили, что торжество Наполеона обезпечено. Безмолвно переходя съ мѣста на мѣсто, какъ тѣнь, Роанъ жадно прислушивался ко всѣмъ толкамъ, ко всѣмъ новостямъ. Но съ каждымъ днемъ его будущность все болѣе и болѣе омрачалась. Куда ни являлся Наполеонъ, цѣлыя арміи возникали словно изъ земли, и на его могучій голосъ откликались безчисленные легіоны. Всего тяжелѣе для Роана было то, что Марселла также сіяла, какъ ея дядя, точно забывая, что источникъ ея радости былъ сигналомъ погибели для любимаго ею человѣка. Онъ цѣлыми днями скитался по берегу, такъ какъ не въ силахъ былъ сидѣть дома, а тѣмъ болѣе въ хижинѣ капрала, который шумно ликовалъ. Онъ инстин­ ктивно избѣгалъ Марселлы и почти не говорилъ съ нею. Хотя еще никто не напоминалъ ему объ его возстаніи противъ воли импера­ тора и никто не налагалъ на него руки, но онъ зналъ, что во вся­ кую минуту могли возобновиться его преслѣдованія. Въ одинъ изъ этихъ печальныхъ дней ему пришла въ голову