Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

З о х а р а 83 3 бодится, вырвалъ ее навсегда изъ соціальнаго строя, лишилъ гра­ жданственности и сдѣлалъ ее служанкой мужа-повелителя и предме­ томъ его грубыхъ удовольствій. Одновременно съ этимъ, однако, мы видимъ у мусульманскихъ юристовъ, законниковъ, толковате­ лей корана несомнѣнныя попытки, хотя бы на бумагѣ, возвеличить приниженное положеніе женщины въ исламѣ,—попытки, являющіяся отзвукомъ иного положенія женщины на Востокѣ, пользовавшейся до ислама и относительной свободой, и правомъ жить въ качествѣ члена общества, а не жалкой гаремной затворницы. По толкова­ ніямъ мусульманскихъ цивилистовъ, поклонницы пророка имѣютъ право быть свидѣтельницами на судѣ по гражданскимъ и уголов­ нымъ дѣламъ, являться опекуншами и даже ходатаями по разнымъ дѣламъ*). Для каждаго очевидно, на сколько всѣ эти права восточ­ ной женщины не серьезны, и всякому ясно, что они красуются только на страницахъ юридическихъ кодексовъ, не будучи даже извѣстны большинству гаремнаго населенія Турціи и Персіи. Но характерно и многознаменательно уже одно то, что эти права су­ ществуютъ хотя бы только на бумагѣ, показывая, что въ мусуль­ манскомъ сознаніи гнѣздится пониманіе ненормальности женскаго вопроса въ исламѣ, являясь какъ бы протестомъ навязанному ко­ раномъ дикому и грубому обычаю гаремныхъ затворовъ. Среднеазіатскія пѣсни и легенды еще благодарнѣе въ этомъ отношеніи. Будучи эхомъ прошлаго до-мусульманскаго періода, онѣ рисуютъ намъ женщину въ свѣтломъ ореолѣ красоты и нравствен­ ной силы. Женщина является въ нихъ благотворнымъ, а иногда пагубнымъ элементомъ, единственно благодаря душевной прелести и красотѣ, данной ей природою, какою она представляется въ воз­ зрѣніяхъ культурныхъ народовъ Запада. По всей Азіи ходитъ легенда о красавицѣ Узунъ-чашъ, ея слу- жанкѣ-карлицѣ и Кара-джигитѣ, черномъ наѣздникѣ. Черный, какъ мракъ ночи, и страшный, какъ сама смерть, разъѣзжаетъ Карй-джигитъ изъ страны въ страну, принося съ собой бѣдствія и гибель. Трава сохнетъ подъ копытомъ его коня; дерзающіе съ нимъ бороться падаютъ въ мукахъ предсмертной агоніи... Въ ска­ зочномъ ханствѣ идетъ веселый пиръ. Стонетъ флейта, тонко ноетъ зурна подъ акомпаниментъ барабана. Молодежь джигитуетъ. Впе­ реди всѣхъ дочь царя, красавица Узунъ-чашъ, лихая наѣздница. Удалые всадники гонятся за нею: кто сумѣетъ догнать ее, по­ лучитъ въ награду поцѣлуй паревны. Но нѣтъ такого счастливца: всѣ далеко сзади нея... Вдругъ въ толпѣ, беззаботно смотрящей на веселое состязаніе, появляется Кара-джигитъ. Онъ быстро ска­ четъ за царевной, настигаетъ ее, и между ними завязывается борьба. Нѣтъ спасенія красавицѣ царевнѣ, черный рыцарь на ворономъ ’) T h e sp i r i t o f I s l am b y syed -Ame r -A l i , London , 1891 , стр . 3 1 6— 3GD.