Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

826 А. Орѳльскій будетъ и отъ непріятеля, а, можетъ быть, и дома: шутить не должно. Русскіе не должны бѣжать—это хуже прусаковъ мы стали. Я найду себѣ пунктъ продраться, конечно, и съ потерею, но вамъ стыдно, имѣвши въ заду укрѣпленный лагерь (у Дриссы), фланги свобод­ ные, а противъ себя слабые корпуса (?). Надобно атаковать. Мой хвостъ (арріергардъ) всякій день теперь въ дракѣ, а на Минскъ и на Вилейку мнѣ не можно пройти отъ лѣсовъ, болотъ и мерз­ кихъ дорогъ. Я не имѣю покою и не живу для себя. Богъ сви­ дѣтель, радъ все сдѣлать, но надобно имѣть и совѣсть и справед­ ливость! Вы будете отходить назадъ, а я все пробивайся!.. Ежели для того что фигуру мою не терпятъ, лучше избавь меня отъ ярма, которое на шеѣ моей (подчеркнуто въ оригиналѣ), а пришли другого командовать, но за что войска мучить безъ цѣли и безъ удовольствія? Совѣтую наступать тотчасъ. Не слушайтесь никого. П уля баба—штыкъ молодецъ. Такъ я полагаю. Остроуміе Фу ля— что онъ дѣлаетъ насъ бабою». Въ припискѣ къ этому письму князь Багратіонъ говоритъ да­ лѣе: «Пожалѣйте государя и Россію. Зачѣмъ предаваться законамъ непріятеля тогда, когда мы можемъ ихъ побѣдить весьма легко. Можно сдѣлать, приказать двинуться впередъ. Сдѣлать сильную рекогносцировку кавалеріей и наступать цѣлой арміей. Вотъ и честь и слава! Иначе, я васъ увѣряю, вы не удержитесь и въ укрѣпленномъ лагерѣ (у Дриссы). Онъ (Наполеонъ) на васъ не нападетъ въ лобъ, но обойдетъ ’)• Наступайте, ради Бога—войско ободрится. Уже нѣсколько приказовъ дано, чтобъ драться, а мы бѣжимъ! Вотъ вамъ моя откровенность и привязанность государю моему и отечеству. Если не нравится, избавьте меня, а я не хочу быть свидѣтелемъ худыхъ послѣдствій. Хорошо ретироваться 100— 500 верстъ! Но, видно, есть злодѣй государю и Россіи, что гибель намъ предлагаетъ. Я вамъ сказалъ все, какъ русскій русскому: но если умъ мой иначе понимаетъ, прошу въ томъ простить». Мы привели это письмо, чтобъ показать, какой взглядъ на зна­ ченіе нашего отступленія господствовалъ въ войскахъ, горѣвшихъ желаніемъ дать противнику твердый отпоръ, и которымъ прика­ зывается отступать и отступать. Въ стратегическую оцѣнку плана Пфуля мы здѣсь не вдаемся, хотя лагерь у Дриссы, не выгодный по отношенію операцій Наполеона къ Москвѣ, отвѣчалъ бы своему назначенію, въ случаѣ его движенія къ Петербургу, чего, впро­ чемъ, предполагать не было основаній, зная военный талантъ На­ полеона и стратегическія соображенія его, указывавшія на то, что ему было выгоднѣе направиться на Москву, а не на Петербургъ. *) Это дѣйствительно и послѣдовало: Наполеонъ, не доходя до Дриссы, быстро повернулъ вправо на Витебскъ, па путь отступленія 1-й арміи къ Москвѣ.