Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

Къ біографіи Н. С. Тихонравова 821 Николай Саввичъ Тихонравовъ. Тутъ мы его въ первый разъ и увидали. Молодой, чрезвычайно ученый, всезнающій профессоръ, онъ обращался съ нами, кадетами, весьма просто, снисходительно, до­ бродушно, и такъ какъ намъ обязательно было представлять кур­ совыя сочиненія, то входилъ въ прямыя личныя сношенія съ каждымъ изъ воспитанниковъ, приглашалъ насъ къ себѣ на квар­ тиру, тамъ съ нами и занимался, толковалъ, разъяснялъ, что было совершенно необходимо, такъ какъ мы большею частью очень плохо были знакомы съ тѣмъ, о чемъ приходилось писать такъ называемое сочиненіе. Я помню, напримѣръ, трагическое положеніе одного товарища, которому задано было указать, какія мѣста, выраженія изъ «Горя отъ ума» вошли въ обыденную разговорную рѣчь, стали, такъ сказать, пословицами, а онъ, бѣдняга, только тутъ прочиталъ въ первый разъ «Горе отъ ума». Другому дана была тема; провести параллель между наказомъ Екатерины I I и Esprit dcs lois Монтескье и сочиненіемъ Веккарія о наказаніяхъ. Работа—хотя бы и не кадету. Пришлось знако­ миться съ сочиненіями Монтескье, переводить цѣлыя главы, что было не легко, въ виду философскихъ терминовъ прошлаго сто­ лѣтія; кое-что удалось схватить, и вышла довольно слабая ком­ пиляція, а Беккарій такъ и остался не тронутъ; но темъ этихъ Николай Саввичъ измѣнить не могъ; онѣ, кажется, присланы были изъ главнаго штаба, и приходилось подчиняться необхо­ димости. Но намъ живо памятны эти вечера, когда мы, написавъ нѣ­ сколько листовъ, разработавъ часть заданнаго, пріѣзжали къ Ни­ колаю Саввичу часа на два, на три; шли занятія, потомъ начиналась простая задушевная бесѣда. Николай Саввичъ отъ сочиненія пе­ реходилъ къ разнымъ вопросамъ, знакомился съ нашимъ міровоз­ зрѣніемъ, указывалъ на его ненормальности, устанавливалъ пра­ вильные взгляды на разные вопросы,— и все это необыкновенно просто, безъ всякаго подавляющаго авторитета. Потомъ начина­ лись шутки, анекдоты, надъ которыми онъ самъ смѣялся первый, больше и громче всѣхъ. Той грусти, того скорбнаго выраженія лица, которое присуще всѣмъ появляющимся нынѣ его портре­ тамъ, тогда и въ поминѣ не было. Это было молодое полное лицо, иногда очень серьезное, иногда поражающее своимъ веселымъ до­ бродушнымъ юморомъ, съ которымъ онъ разсказывалъ разные случаи, анекдоты, не переходившіе никогда во что нибудь рѣзкое. Читалъ лекціи онъ замѣчательно хорошо; начиналос... обыкно­ венно очень просто, съ какой нибудь самой простой фразы, затѣмъ слѣдовала другая, третья; говорилось очень коротко и ясно, даже внѣшность не была особенно рельефна, Николай Саввичъ немного