Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

Современные дѣятели 75 5 курсіи опричники выбрали скудельницу. Тамъ сегодня мертвыхъ хоронить будутъ, сойдутся родственники — и дѣвки, и жены. Мо­ лодцы и тутъ, конечно, умудряются погулять. Дѣйствительно, въ скудельницѣ оказалось большое сборище. Одинъ изъ опричниковъ, Петка, замѣтилъ красивую дѣвушку и бросился за ней въ погоню. Дѣвушка юркнула въ открытыя двери скудельницы, опричникъ за ней. Смрадный воздухъ охватилъ иетку, но онъ продолжалъ преслѣдованіе. А дѣвушка отходила отъ него дальше и дальше, какъ бы обращаясь въ яркое видѣніе. Опричникъ задыхался. «Сквозь отдушину, обращенную прямо на востокъ, обильнымъ потокомъ вливались румяные лучи утренняго солнца и золотили пламенемъ и багрянцемъ лицо притаившейся въ углу дѣвушки...». Колѣни подогнулись у опричника... Онъ рух­ нулъ вдоль уступа, окружавшаго логовище. Какая яркая, своебразная, до мелочей типичная картина! Ра­ зумѣется, автору ея не достаточно было одного знанія эпохи. Еще болѣе важными элементами тутъ являются художественное творче­ ство и художестьенное чутье. А дальше—поэтическій образъ Форнарины, Рафаэля, Рибейра, полный романтическаго интереса эпизодъ съ знаменитымъ впо­ слѣдствіи граверомъ Жакомъ Калло, торжественная встрѣча Ка­ новы въ родномъ его мѣстечкѣ, Разумовскій, сжигающій бумаги, удостовѣряющія его бракъ съ Елизаветой Петровной, путешествіе императрицы Екатерины I I къ кіевскимъ угодникамъ. Сколько разнообразія, сколько эпохъ, сколько яркихъ лицъ, яркихъ событій, ослѣпительно сверкающихъ красокъ!..... Оригинальны и талантливы бытовые очерки К. К. Случевскаго но мы отдали бы предпочтеніе историческимъ картинкамъ. Въ нихъ художникъ чаще и рѣзче беретъ перевѣсъ надъ мыслителемъ. Въ бытовыхъ очеркахъ, особенно изъ свѣтской жизни, нашъ авторъ обнаруживаетъ много тонкой наблюдательности, но порою здѣсь слишкомъ рѣзко чувствуется саркастическое отношеніе къ дѣй­ ствующимъ лидамъ, къ окружающей ихъ обстановкѣ, къ ихъ тре­ вогамъ, радостямъ, любви и ненависти. Чрезвычайно своеобразное впечатлѣніе, изъ серіи названныхъ очерковъ, производятъ два; «Слова на улицѣ» и «Воображающіе». Идея перваго очерка раскрывается передъ читателемъ изъ первыхъ же строкъ. «Можно ли, — такъ думалъ человѣкъ среднихъ лѣтъ, приличной наружности, порядочно одѣтый,—можно ли изъ отдѣль­ ныхъ словъ и фразъ, доходящихъ до слуха на улицѣ, составить себѣ какой либо характерный узоръ, картинку, что либо сильное, что бы говорило о сегодняшнемъ днѣ, о характерѣ времени и ри­ совало бы ихъ?» Во второмъ эпизодѣ изображенъ чудакъ, ловко мистифицирующій мало занятыхъ людей, которыхъ ему приходится встрѣчать на многолюдныхъ собраніяхъ. Онъ разсказывалъ своей*