Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

748 К. П. Мѳдвѣдекій соръ безсмертія». Я заранѣе предвижу ваше безмѣрное удивленіе. У васъ невольно рождается вопросъ: не слѣдуетъ ли, прежде всего, посмотрѣть на г. Случевскаго, какъ на писателя идейнаго? Дѣйствительно, съ этого и слѣдуетъ начать. Г. Случевскій пи­ сатель идейный, но не въ томъ смыслѣ слова, въ какомъ его упо­ требляютъ гг. Скабичевскіе. Нашъ авторъ нигдѣ не проповѣдуетъ святыхъ истинъ о необходимости голоднаго накормить, страннаго пріютить, боляш;ему помочь. Онъ, слава Богу, давно вышелъ изъ пеленокъ такой идейности, и ему кажется просто дикимъ приста­ вать къ читателю съ подобнымъ вздоромъ. Г. Случевскаго инте­ ресуетъ болѣе интимный, болѣе сложный и глубокій смыслъ на­ блюдаемыхъ явленій. Здѣсь, чтобы разъ навсегда покончить со всякими «но», я отмѣчу одну особенность художественнаго твор­ чества г. Случевскаго, особенность, на мой взглядъ, отрицательнаго значенія. Г. Случевскій слишкомъ сдержанъ и остороженъ. Онъ чувствуетъ всю оригинальность своего міросозерцанія и какъ бы боится высказываться до конца. Можетъ быть, я ошибаюсь, но на меня этотъ талантливый писатель производитъ въ извѣстныхъ случаяхъ такое впечатлѣніе: онъ не желаетъ вводить к аж д аго читателя въ соблазнъ. Пусть тотъ, кто уже готовъ къ «соблазну», соблазнится, но людей первобытнаго склада понятій онъ не хо­ четъ сбивать съ позиціи своимъ позитивнымъ отношеніемъ къ жи­ зни и житейскимъ явленіямъ, своей научно-художественной кри­ тикой историческихъ дѣятелей, событій и т. п. Результатомъ этого является нѣкоторая неясность основной мысли. Читателю прихо­ дится производить лишнюю работу, отстраняя элементы наносные и освобождая изъ-подъ нихъ настояш;ую идею произведенія. Ближайшимъ образомъ моя оговорка относится къ повѣсти «Про­ фессоръ безсмертія», лучшему изъ прозаическихъ произведеній г. Случевскаго. Въ современной нашей литературѣ я не знаю ни­ чего болѣе интереснаго и оригинальнаго. На содержаніи «Профес­ сора безсмертія» необходимо остановиться нѣсколько подробнѣе. Мо­ лодому петербургскому чиновнику Семену Андреевичу Подгорскому, кандидату Московскаго университета, побывавшему и въ загранич­ ныхъ университетахъ, пришлось отпроситься въ далекую команди­ ровку—въ калмыцкія степи. Собирая различныя свѣдѣнія относи­ тельно предстоящаго путешествія, Семенъ Андреевичъ получилъ, между прочимъ, совѣтъ заѣхать по дорогѣ къ нѣкоему Петру Ива­ новичу Абатулову, доктору медицины, имѣющему на Волгѣ усадьбу, Родниковку, настоящій земной рай. Петра Ивановича Подгорскому отрекомендовали «чудакомъ перваго разбора», а такъ какъ «чуда­ ками» у насъ обыкновенно называютъ людей оригинальнаго, ум­ ственнаго и нравственнаго склада, часто людей выдающихся, то характеристика оказалась не совсѣмъ невѣрной. Посѣтивъ Родниковку, Подгорскій очень скоро заинтересовался