Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

Очерки Москвы 733 Послѣ французскаго нашествія, когда Сокольники начали обза­ водиться постепенно дачниками, а роща вокругъ Стараго гулянья— самоварницами, торговцами-разносчиками, шарманщиками и т. п., популярность ихъ стала возрастать гигантскими шагами, а вмѣстѣ съ тѣмъ и майское ихъ гулянье—привлекать все большее и большее расположеніе москвичей. «Идти на май», т. е. 1-го мая въ Соколь­ ники, сдѣлалось чуть не священною обязанностью каждаго нелишен­ наго употребленія ногъ гражданина; «не быть на маю» было и стыдно, и жалко, и позволительно развѣ старымъ, малымъ и хворымъ. Фабрики не открывали работъ въ этотъ день, мастерскія также спра­ вляли праздникъ, въ учебныхъ заведеніяхъ устраивались рекреаціи, и даже многіе лавочники—всѣ спозаранку запирали лавки и кончали дѣла, чтобы дать и фабричному, и мастеровому, и торговому люду, и даже учителямъ съ ихъ питомцами возможность сходить на май. Когда послѣ французскаго погрома Москву стали наводнять бога­ тые помѣщики, основываясь въ ней для болѣе или менѣе осѣд­ лаго жительства, и многіе изъ нихъ облюбовали Сокольничыо сло­ бодку въ качествѣ дачнаго пріюта, сокольничій май началъ из­ мѣнять даже свой вульгарный характеръ на болѣе эффектный, и гулянье, не переставая быть народнымъ и только увеличивая свою популярность, приняло*: значительной степени аристократиче­ скій оттѣнокъ. Вечернее катанье, до того времени носившее свой­ ственный простонароднымъ и купеческимъ катаньямъ характеръ разухабистости и разнузданности, доходившихъ до неприличія, и походившее на обычныя масляничныя катанья Рогожской, Таганки, Замоскворѣчья и Черкизова, остепенилось, благодаря великолѣп­ нымъ и изящнымъ экипажамъ, въ которыхъ выѣзжали на него представители знатнаго московскаго барства и зажиточнаго дво­ рянства, и съ 20-хъ годовъ было подчинено даже правиламъ опре­ дѣленнаго церемоніала, допускавщаго въ ряды катанья лишь эки­ пажи и упряжки извѣстныхъ, допущенныхъ къ участію въ немъ полицейской администраціей, типовъ. Именитое или просто богатое купечество, особенно любивщее участвовать въ этомъ катаньи, вы­ нуждено было сообразоваться своими экипажами и упряжью съ аристократической модой и ужъ, конечно, должно было оставлять на сей разъ въ покоѣ свои традиціонныя телѣжки, въ которыхъ совершало свои обычныя поѣздки по городу. Со временъ, есліи не ошибаемся, князя Дмитрія Владиміровича Голицына, извѣстнаго главнокомандующаго Москвы 20-хъ годовъ, сокольническому гулянью 1-го мая было присвоено даже значеніе оффиціальнаго народнаго торжества; для популярнаго начальника столицы разбивалась широкая, богатая палатка въ одномъ изъ лучшихъ уголковъ тогдашняго Сокольничьяго лѣса, на границѣ Сокольничьей рощи съ Оленьей, не доѣзжая, по дорогѣ отъ за­ ставы, до Ширяева поля, возлѣ прудика, на томъ мѣстѣ, гдѣ въ ІИСТОР. ВИСТН.і, СЕНТЯБРЬ, 1894 г., т. ьѵц. 10