Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

----- Очерки Москвы 725 пленія за него угодникомъ Божіимъ, уже существовала при пер­ выхъ двухъ царяхъ новой династіи. Слѣдовательно, случай этотъ нужно отнести къ эпохѣ, предшествовавшей смутному времени, а отсюда заключить, что и въ тѣ времена именно соколиная охота процвѣтала въ ряду прочихъ ея видовъ, ко временамъ же Алексѣя Михайловича достигла еще ббльшей степени значенія и наиббль- шаго развитія. И дѣйствительно мы видимъ, что для управленія надъ цар­ скими соколами создано уже чуть не цѣлое маленькое министер­ ство; для наблюденія и ухода за ними учрежденъ цѣлый особый классъ спеціальныхъ служилыхъ людей разныхъ ранговъ; люди эти поселены въ особыхъ слободкахъ возлѣ лѣсной резиденціи, которая устроена для любимой царской птицы въ огромной пре­ красной рощѣ, расположенной рядомъ съ той, гдѣ содержались придворные олени, привозимые и присылаемые въ даръ москов­ скому двору отъ его сѣверныхъ подданныхъ Архангельскаго и Печорскаго края. Выше мы уже упоминали, что подъ общимъ наименованіемъ Со­ кол ьни ковъ разумѣются дв'і рощи, собственно Соколиная и Оленья. Теперь, за исчезновеніемъ и оленей, и соколовъ, это раздѣленіе потеряло практическій смыслъ, но историческое значеніе за нимъ сохраняется: собственно Олень ею рощей была въ тѣ времена та часть Сокольничьяго лѣса, которая отъ заставы и Ширяева поля расположена вправо, къ сторонѣ Сокольничьяго поля, Преображен­ скаго и Богородскаго; лѣвая же сторона, считая отъ заставы и Ширяева поля, выходящая къ Троицкому шоссе и Пятницкому кладбищу, и составляла рощу собственно Сокольничью, и проѣзжая дорога отъ заставы черезъ Ширяево поле на Грабиловку и со­ ставляла нѣкогда ея границу отъ Оленьей рощи. Что царскія охоты въ Сокольникахъ справлялись каждый разъ съ большею или меньшею торжественностью; что каждая такая охота считалась придворнымъ событіемъ и обставлялась болѣе или менѣе параднымъ церемоніаломъ, напрягавшимъ нервы тогдашней придворной боярской знати въ высшей степени, это извѣстно. Из­ вѣстно и то, какъ вепикій Петръ, еще на разсвѣтѣ юности, однимъ ударомъ своей несокрушимой дѣловой логики убилъ это традиціон­ ное боярское раболѣпное воззрѣніе на охоту, насмѣявшись надъ нею, какъ надъ праздною потерей времени, недостойною взрослыхъ и разумныхъ людей. Преданіе гласитъ, что однажды онъ, къ великой радости державшагося прежнихъ традицій боярства, изъявилъ, на­ конецъ, согласіе принять участіе въ охотѣ и предводительство ею; что масса боярской знати, въ богатыхъ охотничьихъ костюмахъ и украшеніяхъ, съѣхалась въ Красное Село, на обширное поле пе­ редъ Сокольничьей рощей; что долго ей пришлось дожидаться цар­ ственнаго распорядителя этимъ желаннымъ празднествомъ, и что.