Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

716 Д . А . П о к р о в с к і й изъ себя топливо, и, благодаря ихъ усердію въ этомъ направленіи, окрестности Москвы начинали становиться все болѣе и болѣе открытыми, и нерѣдко на тѣхъ мѣстахъ, гдѣ отцы собирали въ густолиственной чащѣ грибы и ягоды, сыновья уже пахали землю подъ посѣвъ, а внуки разбивали гряды подъ огородъ. Этимъ обстоятельствомъ объясняется, между прочимъ, и то, что Московская губернія вообще, Московскій уѣздъ въ частности и под­ московныя окрестности въ особенности даже ко времени эманси­ паціи представлялись, что касается растительныхъ украшеній, зна­ чительно оплѣшивѣвшими. Когда же совершилось освобожденіе по­ мѣстнаго дворянства отъ вѣковаго попечительства надъ землей и ея обитателями, состоялась фактическая развёрстка отношеній между первымъ и послѣдними, и помѣщичье сословіе вдругъ за­ болѣло эпидеміей абсентеизма изъ своихъ насиженныхъ дворян­ скихъ гнѣздъ, имъ, какъ извѣстно, овладѣло лихорадочное стре­ мленіе во что бы то ни стало, какъ можно быстрѣе реализировать остатки недавняго дореформеннаго благополучія: началась поваль­ ная купля-продажа помѣстій со всѣмъ ихъ даже усадебнымъ и домашнимъ скарбомъ, не говоря уже о сравнительной роскоши, какую представляли лѣса, особенно возбуждавшіе алчныя вожде­ лѣнія покупщиковъ. Когда же въ руки послѣднихъ перешла боль­ шая часть помѣщичьихъ лѣсныхъ угодій, началась такая же по­ вальная вырубка лѣсовъ, чтобы выручить на нихъ однихъ затра­ ченные на имѣнія капиталы, а затѣмъ самыя имѣнія съ одною голою землей да не выкорчеванными пнями перепродать за какую бы ни было цѣну въ новыя руки. Чѣмъ кончилась эта лѣсо­ истребительная горячка для Россіи—извѣстно; въ частности для Московской губерніи, равно какъ и для Московскаго уѣзда, бли­ жайшимъ ея результатомъ явилось то, что дрова стали возить въ Москву не только изъ-за Клина, но даже изъ Твери, и еще въ половинѣ 70-хъ годовъ для московскихъ лѣсопромышленниковъ уже не представлялось нисколько страннымъ арендовать рощи, напримѣръ, въ Старицкомъ уѣздѣ, чтобы оттуда, то-есть за 250— 300 верстъ, доставлять дрова въ Москву на продажу, тогда какъ лѣтъ пятнадцать раньше 100-верстный путь откуда нибудь изъ окрестностей Клина для грузовъ считался едва выносимой тягостью. Подъ самою Москвой, окрестности которой и раньше уже зна­ чительно обѣднѣли частновладѣльческими лѣсными угодьями, эта эпидемія лѣсоистребленія грозила бы, конечно, совершеннымъ ис­ чезновеніемъ всякихъ лѣсонасажденій, если бы, къ счастію для нихъ, онѣ не изобиловали болѣе или менѣе обширными лѣсными угодьями, недоступными для неразборчиваго топора частновладѣль­ ческой собственности. Дѣло въ томъ, что, не смотря на свою щедрость, ни цари, ни им­ ператоры, ни даже императрицы не успѣли раздать всѣхъ своихъ