Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

Идеалы въ и ск у с ствѣ 67 отличаться, какъ и прежніе, ни самостоятельностью, ни глубиною. Возьмемъ для примѣра «Запорожцевъ», это послѣднее капитальное произведеніе Рѣпина. Мысль написать картину изъ исторіи Малороссіи, понятно, легко могла зародиться у Рѣпина. Онъ самъ родомъ изъ Малороссіи и неоднократно уже раньше останавливался на сюжетахъ изъ мало- россійскаго быта, комментировалъ Гоголя. Гоголь родился въ Пол­ тавской губерніи и написалъ Тараса Бульбу; Рѣпинъ родился въ Харьковской губерніи, почему не написать ему «Запорожцевъ»? Въ результатѣ, однако, получилось далеко не одно и то же. Мы не бе­ ремся судить о техническихъ достоинствахъ «Запорожцевъ»: по обш;ему признанію, они значительны. Но что касается художест­ веннаго .замысла, то онъ не можетъ быть признанъ удачнымъ. Отъ всякой картины требуется, чтобы современный художнику зритель ясно понималъ, что собственно художникъ хотѣлъ изобразить. Въ данномъ случаѣ вы видите запорожцевъ; центральныя фигуры неудержимо смѣются и заражаютъ васъ своимъ веселымъ смѣхомъ. Но въ самой картинѣ нѣтъ объясненія причины этого смѣха. Это уже въ художественномъ отношеніи замыселъ неудачный. Пред­ ставьте себѣ, что вы входите въ комнату, гдѣ сидятъ смѣюш,іеся люди, и что вы были предувѣдомлены о причинѣ ихъ смѣха. Мо­ жетъ ли ваше веселое настроеніе быть такимъ же сильнымъ, какъ если бы вы вмѣстѣ съ смѣюш,имися людьми увидѣли или услышали то, что ихъ такъ разсмѣшило? Конечно, нѣтъ. Поэтому, чтобы по­ лучить полное художественное впечатлѣніе, причина смѣха должна быть включена въ картину, если она не простой эскизъ или на­ бросокъ. Это упущено художникомъ изъ виду; вы должны загля­ нуть въ программу, чтобы узнать, почему запорожцы такъ неистово смѣются. При этомъ еще оказывается, что далеко не всѣ запорожцы заражаются смѣхомъ центральныхъ фигуръ, а нѣкоторые остаются совершенно серьезны. Далѣе, то, что значится въ программѣ, именно, что «на грозную грамоту султана запорожцы отвѣчаютъ насмѣш­ ками», не можетъ возбудить въ васъ особенно веселое настроеніе, потому что содержаніе этихъ насмѣшекъ вамъ неизвѣстно. Слѣдо­ вательно, чтобы уяснить себѣ прелесть картины, вы должны еще прочитать отвѣтъ запорожцевъ на грамоту султана. Но при этомъ можетъ оказаться, что ихъ юморъ представляется вамъ, т. е. со­ временному зрителю, нѣсколько грубымъ и нѣсколько пошлымъ, т. е. не возбуждаетъ въ васъ вовсе того настроенія, въ какомъ находятся нѣкоторые изъ изображенныхъ запорожцевъ. Въ такомъ случаѣ ихъ смѣхъ уже вовсе не дѣйствуетъ на васъ заразительно, а, напротивъ, начинаетъ васъ раздражать, какъ обыкновенно насъ раздражаетъ смѣхъ, причина котораго намъ неизвѣстна или не вызываетъ въ насъ сочувственнаго отношенія. Затѣмъ мы можемъ любоваться и поучаться мастерскимъ изображеніемъ людей того 5*