Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

630 Воспоминанія М. Ѳ. Каменской СВОИМИ остротами и великосвѣтскою любезностью. Я этого моего бомонднаго дядюшку не жаловала: во-первыхъ, за то, что онъ трак­ товалъ меня всегда, какъ маленькую дѣвочку, всякую минуту дѣ­ лалъ мнѣ замѣчанія и давалъ разные совѣты, и даже написалъ въ мой альбомъ стихи, въ которыхъ сказано: и какъ же иначе? на васъ я глядя, Бе забываю то, что я вамъ дядя!.. Et Гонсіе збѵёге n’est ijas sentimental... Во-вторыхъ, злилась я на него за то, что онъ хотя и былъ съ Несторомъ Васильевичемъ на «ты», но все-таки обращался съ нимъ какъ-то свысока, точно хотѣлъ показать ему, что между ними есть большое разстояніе. Кукольникъ, какъ умный человѣкъ, не обращалъ на этотъ странный тонъ Толстого ровно никакого вни­ манія; за то я за него выходила изъ себя. И потомъ мнѣ каза­ лось, что Дмитрій Н.иколаевичъ все наблюдаетъ и подсматри­ ваетъ... Несторъ Васильевичъ бывалъ у насъ аккуратно всякое воскре­ сенье и часто заѣзжалъ къ намъ по буднямъ, когда у него было свободное время. Помню, въ одно изъ воскресеній онъ пріѣхалъ что-то позднѣе обыкновеннаго. Я выбѣжала встрѣчать его. Съ перваго взгляда я тотчасъ догадалась, что онъ сообщитъ мнѣ что нибудь новенькое, и точно, не снимая еще шубы, онъ сунулъ мнѣ въ руку маленькую сложенную бумажку и, весело улыбаясь, ска­ залъ: «прочтите одни». Я сейчасъ же подбѣжала къ огню отъ кенкетки, развернула бумажку и прочла: «Николай Романовъ ждетъ къ себѣ Кукольника завтра въ девять часовъ утра», Я вспых­ нула отъ радости и шепотомъ спросила: «Государь?». Несторъ Ва­ сильевичъ, молча, съ счастливымъ лицомъ, то.лько утвердительно кивну.лъ мнѣ головой, а пот^'мъ прибавилъ: «сейчасъ получилъ и къ вамъ!»... — Можно показать папенькѣ и маменькѣ?—спросила я также тихо. — Имъ? разумѣется, можно!—отвѣтилъ онъ. И я убѣжала отъ него въ залу, захватила тамъ отца моего и маменьку, привела въ нашу съ Лизанькой комнату и показала имъ записочку государя. Папенька сейчасъ же узналъ руку Николая Павловича и также, какъ я, вспыхнулъ отъ радости... Потомъ онъ побѣжалъ отыскивать Кукольника, поймалъ его за руку и проговорилъ: — Очень, очень радъ за васъ. Но теперь дѣло не въ томъ, а въ томъ, есть ли у васъ мундиръ, въ чемъ представиться го­ сударю? — Ничего у меня нѣтъ: ни мундира, ни шляпы, рѣшительно ничего нѣтъ. Не знаю, что и дѣлать? Теперь праздникъ, портные всѣ гуляютъ, въ одну ночь сшить не успѣютъ... Положеніе мое безвыходное,—смѣясь сказалъ Несторъ Васильевичъ.