Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

626 I. I. Ясинскій вмѣшалась полиція, и онъ, будучи мученикомъ своей симпатиче­ ской идеи, въ настояш;ее время пробирается въ Петербургъ, намѣ­ реваясь всетаки на пути своемъ сѣять святыя сѣмена новыхъ сво­ ихъ убѣжденій. Мы полагаемъ, что евреи, ближе проникнувъ въ духъ его ученія, увидятъ, что оно практично и обѣщаетъ намъ въ концѣ концовъ выгоды». — Вѣроятно, онъ самъ о себѣ пишетъ корреспонденціи,—ска­ залъ профессоръ. Вдали показалось облачко — подходилъ поѣздъ. Елена Кондра- тьевна и профессоръ стали на самомъ краю платформы и, едва поравнялся съ ними вагонъ перваго класса, какъ поспѣшили сѣсть. Кондукторъ захлопнулъ дверку, и поѣздъ помчался дальше. — Однако-жъ, какая жестокость!—сказала Елена Кондратьевна, въ вагонѣ возобновляя разговоръ о Тарновицѣ.—Исколоть человѣка! — Помнится, въ покойномъ «Голосѣ» въ эпоху антиеврейскихъ безпорядковъ, т.-е. въ 1881 г., была напечатана корреспонденція о томъ, какъ евреи искололи иголками какого-то телеграфиста. Ка- кая-то осиная жестокость, мелкая и страшная! Но возможно и то, что авторъ корреспонденціи о Тарновицѣ присочинилъ. Когда евреи ссорятся между собой, они не разбираютъ средствъ и пишутъ другъ на друга ужасающіе доносы! — Намъ ѣхать восемнадцать часовъ. Завтра будемъ дома,—съ улыбкой сказала Елена. Мысль ея перебѣгала съ предмета на предметъ.—Не сиди у открытаго окна... Наймемъ квартиру въ го­ родѣ или намъ отведутъ въ университетѣ? Но всетаки — бѣдный Тарновицъ! Жалкій нахалъ! Такъ разговаривая, они доѣхали до станціи Перекрестной, гдѣ сходятся двѣ дороги, и гдѣ большой буфетъ. Уже стемнѣло, и въ вокзалѣ ярко горѣли лампы подъ матовыми лиліями. Толпилась разнообразная публика, и дорожная сутолока, новыя лица, шумъ и движеніе производили сильное впечатлѣніе послѣ деревенскаго одиночества и тишины. Поглазѣвъ на людей, Елена ушла въ дам­ скую комнату, а профессоръ сталъ бродить по вокзалу. Ему захотѣлось выпить стаканъ чаю. Онъ занялъ мѣсто за сто­ ломъ и—очутился рядомъ съ Николаемъ Кондратьичемъ. Профессоръ пристально посмотрѣлъ на молодого человѣка, а тотъ смутился, и въ глазахъ его сверкнулъ непріязненный ого­ некъ. По ту сторону рядомъ съ Николаемъ сидѣла Сарра. Нечего дѣлать, надо было поздороваться. — Сестра съ вами?—спросилъ Николай. — Она въ уборной. Сарра, выйдемъ, пожалуйста, на платформу. Профессоръ, на два слова! Павелъ Иванычъ пошелъ вслѣдъ за Николаемъ и Саррой. — Что угодно?