Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

624 I. I. Ясинскій — Удивительно!—вскричалъ Соломонъ Борисовичъ, хлопнувъ себя по бедрамъ. — А, Лія, ты понимаешь, что Николай Кондра- тьичъ есть потомокъ князя Юрія Корицкаго, который погибъ за евреевъ! Слушай, что говоритъ первѣйшій ученый нашего времени, который снисходительно пьетъ съ нами кофе! Онъ можетъ видѣть въ туманѣ древности! Ахъ! Боже! Какое стеченіе изумительныхъ обстоятельствъ! Павелъ Ивановичъ, не насмѣхайтесь надо мною, я хочу сдѣлать одно странное предположеніе, которое подъ влія­ ніемъ вашей исторической геніальности зашевелилось въ моемъ мозгу и требуетъ выхода! Именно, если еврейчики считаютъ, что такой-то Карафа имѣетъ юридическое право на имѣніе Каменный Бродъ, который надо взять въ аренду у Ружинскаго, то они всѣ сговорятся въ его пользу, и никто не станетъ перебивать Карафу. Такъ я думаю, ну, что, если Карафа былъ сынъ князя Юрія Ко­ рицкаго отъ еврейки? Нѣтъ? — Указаній никакихъ,—отвѣчалъ ученый:— но предполагать можно, что угодно. — Но въ моихъ словахъ дикаго вы не предусматриваете? — Дикаго ничего не вижу. — Охъ! Я съ ума схожу! Я всегда говорилъ, что наука выше всего! Она можетъ переворачивать вверхъ дномъ кого угодно! Пор­ третъ я окружу великолѣпной рамой въ двѣ ладони шириной. О, смотри, Лія Николаевна, я предчувствовалъ и назвалъ голубую комнату княжеской палатой! Но теперь больше, чѣмъ когда ни- будь, хотѣлось бы мнѣ сдѣлать миръ съ Кандратіемъ Захарычемъ! У меня сердце обливается кровью. За что мы поссорились? Онъ перебивалъ мнѣ цѣны, а я ему. Но, слава Богу, есть у него ко- пейка, есть и у меня. Богъ мнѣ помогъ. Неужели онъ думаетъ, что на его деньги я сталъ капиталистомъ? Онъ долго еще болталъ о величіи науки, о Кондратіи Захарычѣ, о себѣ. Профессоръ осмотрѣлъ каменнобродскую библіотеку. Не оказалось ни рукописей, ни очень старинныхъ книгъ. Предше­ ствующій владѣлецъ Каменнаго Брода, графъ Сапѣжанскій, имѣлъ обыкновеніе топить баню древними фоліантами и манускриптами. Онъ пощадилъ только нарядныя золотообрѣзныя книги. — Знаете что, профессоръ,—сказалъ Соломонъ Борисовичъ:— когда вы .напечатаете ваше новое сочиненіе о Корицкихъ, то при­ сылайте мнѣ одного экземпляра... Каменный Бродъ я передамъ de uouveau въ родъ Корицкихъ... Лія Николаевна, ты понимаешь? а? — Тс!—произнесла Лія Николаевна. — Тс! —повторилъ Залшевичъ.—Silence! тс?