Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

Юрьева могила 617 таки сохраняетъ въ себѣ фигуру Георгія Побѣдоносца, то несо­ мнѣнно, что они производили себя отъ русскихъ князей Рюрико­ вичей. Кто авторъ макаронической хроники, приложенной при евангеліи, неизвѣстно; вѣрнѣе всего, что священникъ, питавшій самъ склонность къ социніанству и человѣкъ болѣе или менѣе образованный. Хроника его ведена по годамъ и обнимаетъ собою сорокъ девять лѣтъ. Написана она сжато и сухо, но нигдѣ нѣтъ вымысла, и историческіе *факты, о которыхъ упоминаетъ хро­ нистъ, точно совпадаютъ съ фактами, составляющими достояніе исторіи. Въ хроникѣ нѣтъ данныхъ, на основаніи которыхъ можно было бы заключить, что Корицкіе владѣли удѣльнымъ княже­ ствомъ, но говорится, что имъ принадлежало тридцать селъ, что по тогдашнимъ временамъ еще не считалось, однако, признакомъ крайняго богатства. Начало матеріальнаго упадка фамиліи Кориц- кихъ приписывается князю Евстаѳію, который занимался черно­ книжіемъ, но былъ «свѣтелъ умомъ» и много добра сдѣлалъ тѣмъ, кто искалъ истины, то-есть социніанамъ, а еще вѣрнѣе, жидов- ствующимъ. За то, что онъ сообщался съ инославными богосло­ вами, отрицалъ таинство Святой Троицы, божество Іисуса Хри­ ста и Св. Духа и хульно говорилъ о Богѣ, отвергалъ безсмертіе души, рай, адъ, судъ и буду щую жизнь, онъ былъ позванъ въ трибунальскій судъ; но былъ оправданъ, а судьи пріобрѣли по сходнымъ цѣнамъ двѣ трети его имѣній, то-есть онъ принужденъ былъ дать взятку. Иначе ему грозила казнь, состоявшая въ томъ, что у богохульника вырывали языкъ чрезъ затылокъ. За­ мокъ Каменный Бродъ принадлежалъ сначала Конецпольскимъ, но въ промѣнъ за полтавскія маетности былъ уступленъ Кориц- кимъ. Князь Еветаѳій Корицкій жилъ уже въ Каменномъ Бродѣ и тамъ же занимался чернокнижіемъ—должно быть, алхиміей, на что опять могло много уходить денегъ. Сынъ его Юрій воспиты­ вался за границей и славился ученостью. Его готовили къ воен­ ной карьерѣ; но онъ предался изученію еврейскаго языка и кабалистики и, вернувшись на родину, постоянно бесѣдовалъ и дружилъ съ евреями; раввины бтіли первыми его совѣтниками. Онъ тайно принялъ іудейство и сочетался бракомъ съ еврейкой, хотя передъ тѣмъ женился на княжнѣ Заславской и имѣлъ отъ нея сына. Хронистъ замѣчаетъ, что князь Юрій чаще бывалъ въ синагогѣ, которую богато разукрасилъ на свой счетъ, чѣмъ въ христіанскомъ храмѣ, и, наконецъ, ревность свою къ іудейству довелъ до того, что велѣлъ срубить крестъ на негрязевскомъ храмѣ. Рубили крестъ ночью, чтобы не видѣлъ народъ, и было чудесное знаменіе: изъ креста летали искры. Князь Евстаѳій умеръ отъ испуга, когда ему доложили, что сдѣлалъ сынъ. Князь Юрій пріѣхалъ въ Каменный Бродъ, похоронилъ отца, посыпалъ главу пепломъ и много дней плакалъ и стоналъ по