Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

200 Робертъ Букананъ видно слупилось что-то необыкновенное. Марселла знала очень хо­ рошо, что въ это утро было получено приказанье изъ Сенъ-Гурло поднять бурбонское знамя на церковной колокольнѣ, такъ какъ игра Наполеона была проиграна, и Парижъ лсдалъ ежедневно воз­ вращенія наслѣдника своихъ законныхъ королей. Старый солдатъ уже давно опасался этого событья и хотя пламенно молилъ Бога утвердить имперію, но сознавалъ, что неизбѣнсная погибель близка. Поэтому ненавистное зрѣлище бѣлаго флага его болѣе поразило го­ ремъ, чѣмъ удивило. — Долой Бурбоновъ!—промолвилъ онъ сквозь зубы, безпощадно грозя кулакомъ развѣвавшейся вдали королевской эмблемѣ: — я одинъ сорву этотъ флагъ. Я растопчу его подъ своими ногами, какъ императоръ растопчетъ короля. ІІГарселла рѣдко плакала, но теперь слезы наполнили ея глаза. Она просила дядю отправиться домой, но онъ тяжело опустился на землю, и она должна была послѣдовать его примѣру. Прошло нѣ­ сколько времени въ тяжеломъ молчаніи; вдругъ за ними послыша­ лись шаги, и Марселла съ ужасомъ увидала, что къ нимъ подо­ шелъ учитель Арфоль. Появленіе этого человѣка было самое несвоевременное; онъ точно пришелъ порадоваться исполненію своихъ предсказаній, хотя лицо его было очень блѣдное, мрачное, и на немъ не видно было обыч­ ной улыбки. — Произошли большія перемѣны,—сказалъ онъ:—здѣсь мало что извѣстно, и всѣ газеты лгутъ, но достовѣрно, что императоръ отрекся отъ престола. Впродолженіе нѣсколькихъ минутъ ветеранъ не разжималъ своихъ стиснутыхъ губъ, а потомъ сухо промолвилъ: — Да, многое измѣнилось... а вы также надѣли бѣлую ко­ карду. — Я не роялистъ,—отвѣчалъ учитель, качая головой.—Вмѣстѣ съ Бурбонами вернутся во Францію всѣ пресмыкающіяся, которыхъ свобода изгнала изъ Франціи; мы попадемъ въ руки аристократіи и патеровъ: у насъ будетъ миръ, но позорный, и мы будемъ тщетно в.здыхать по уничтоженнымъ правамъ человѣка. Капралъ вздрогнулъ отъ удивленія. Ему прія^рно было слышать, что Арфоль презиралъ Бурбоновъ, хотя и не цѣнилъ Наполеона. — Вы давно не были въ нашихъ краяхъ,—сказалъ онъ, желая, однако, перемѣнить разговоръ. — Я былъ далеко,—отвѣчалъ странствующій учитель:—вы не повѣрите, если я вамъ скажу, что я былъ въ столицѣ. — Въ Парижѣ!—воскликнулъ капралъ, а Марселла посмотрѣла на Арфоля съ изумленіемъ, словно онъ вернулся съ луны. — У меня умеръ родственникъ въ Мо,—продолжалъ учитель:—и за мной прислали. Пока я находился тамъ, союзники подступили