Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

528 Критика и библіографія Какъ онъ комиченъ въ своемъ сентиментальномъ экстазѣ и какъ несуразно домогается руки предмета сердца! «Кажется, видѣлъ во снѣ, что поцѣло­ валъ руку у Мухановой», записываетъ онъ съ комической серьезностью въ одномъ мѣстѣ своего дневника и въ другомъ: «Гулялъ и смотрѣлъ на небо. Писалъ въ умѣ письмо Марьѣ Сергѣевнѣ». Рѣшившись посвататься, онъ безъ толка впутываетъ сюда постороннихъ людей, и опять-таки все выхо­ дитъ аляповато, грубо и смѣшно. Свѣтлыми моментами во весь этотъ періодъ неудачъ были для Погодина: торжество при открытіи памятника Карамзину въ Симбирскѣ, гдѣ онъ «Похвальнымъ словомъ» исторіографу произвелъ сен­ сацію, а также нѣкоторыя удачныя статьи по русской исторіи, которыя при своемъ появленіи въ печати заслужили одобреніе лицъ и противнаго лагеря. Не мало пріятныхъ и полезныхъ для себя часовъ провелъ онъ во время пу­ тешествія по славянскимъ землямъ. Здѣсь онъ перевидалъ многихъ круп­ ныхъ дѣятелей, былъ встрѣчаемъ всюду, какъ выдающійся русскій ученый, съ любовью и почетомъ, и вернулся на родину съ обновленными силами и окрыленнымъ духомъ. Послѣднія девять главъ интереснаго труда г. Барсу­ кова посвяпдены перипетіямъ знаменитой «Переписки Гоголя съ друзьями». Нельзя не отмѣтить, что въ этой части изслѣдователь нѣсколько увлекся и коснулся этого литературнаго момента слишкомъ подробно. Гоголь, можетъ быть, отъ этоговыигралъ, но трудъ о Погодинѣ проигралъ. Задавшись цѣлью убѣдить читателей, что книга Гоголя «заслуживаетъ самаго серьезнаго из­ ученія по своему глубокому содержанію и свѣтлымъ мыслямъ, свидѣтель­ ствующимъ о высокомъ духовномъ настроеніи автора», и утверждая, что «Выбранныя мѣста изъ нея содержатъ въ себѣ обильную духовную пищу, столь необходимую въ наше время, скудное духовными идеалами», г. Барсу­ ковъ совсѣмъ забылъ своего героя и затуманилъ его біографію массой мате­ ріала, непосредственно относящагося до другихъ лицъ. Если бы еще появле­ ніе книги Гоголя послужило къ обостренію отношеній между западниками и славянофилами, гдѣ Погодину пришлось сыграть выдающуюся роль,— но, нѣтъ, мы видимъ обратное. И Петербургъ и Москва, въ лицѣ своихъ луч­ шихъ представителей, не исключая даже служителей церкви, всѣ слились въ одномъ дружномъ голосѣ осужденія больнаго сатирика, а Погодину вы­ пала незавидная доля быть изруганнымъ Гоголемъ, и неприлично изруган­ нымъ, и печатно и въ личной перепискѣ. Переписка Гоголя съ Погодинымъ, не занимающая, однако, въ этойчасти труда много мѣста, очень любопытна, а нѣкоторыя письма опубликованы г. Барсуковымъ впервые. Очень харак­ терна надпись Гоголя на книжкѣ, посланной Погодину: «Неопрятному и растрепанному душой Погодину, ничего не помнящему, ничего непримѣчаю­ щему, наносящему на всякомъ шагу оскорбленія другимъ и того не видя­ щему, Ѳомѣ невѣрному, близорукимъ и грубымъ аршиномъ мѣряющему лю­ дей, даритъ сію книгу въ вѣчное напоминаніе грѣховъ его человѣкъ тоже грѣшный, какъ и онъ, и во многомъ еще неопрятнѣйшій его самого». Б. Глинскій. К. А. Иванова. Средневѣковой замокъ и его обитатели. Спб. 1894. Г. Ивановъ, не такъ давно выпустившій второе изданіе своего курса исторіи среднихъ вѣковъ, продолжаетъ дѣятельно заниматься разработкой исторіи средневѣковой жизни. Доказательствомъ служитъ книжка съ при­ веденнымъ заглавіемъ, составляющая начало серіи очерковъ быта и нравовъ