Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

496 В. Д. Чѳрѳвковъ чами для окончательной поправки. У Леру имѣется контрактъ съ правительствомъ, по которому онъ обязанъ содержать у себя боль­ ныхъ воинскихъ чиновъ, нанимать для нихъ на свой счетъ врача и имѣть аптеку. Казна же платитъ ему 2Ѵг гульдена въ день за каждаго солдата или матроса и ЗѴ 2 гульдена за унтеръ-офицера, причемъ ему во всякомъ случаѣ гарантирована ежемѣсячная сумма въ 600 гульденовъ. Офицеры платятъ сами за себя, смотря по рангу: субалтернъ—офицеры—ІѴ 2 гульдена, лейтенанты— 2 ‘/2 гульдена и штабъ-офицеры—3‘/2 гульдена. А такъ какъ по расчету Леру, онъ долженъ получать съ нихъ круглымъ числомъ по 4 гульдена въ день, то недостающая до этой цыфры сумма также доплачивается правительствомъ. Получать припасы здѣсь довольно затруднительно: все надо везти изъ города, начиная отъ масла, сыра и живаго скота до фруктовъ включительно: на этой высотѣ (3.000 фут.) нѣкоторыя тропическія фруктовыя деревья хотя и ростутъ еще роскошно, но плоды ихъ не вызрѣваютъ. Послѣ завтрака я отправился въ отведенную мнѣ комнату, въ нижнемъ этажѣ главнаго зданія. Большая, высокая, съ сѣро-жел­ тыми обоями на стѣнахъ, съ поломъ, покрытымъ потемнѣвшими циновками, тускло освѣщенная однимъ окномъ, закрытымъ зана­ вѣсями и мелко, мелко плетеной металлической сѣткой, пахнущая затхлистой сырпстью, она глядѣла довольно таки неуютно и мрачно. Всю ея обстановку составляли: столъ, стулъ, умывальникъ, потуск­ нѣвшее, пыльное зеркало и большая кровать, обтянутая со всѣхъ сторонъ мустикеромъ. Когда я проснулся, уже стемнѣло. Глубокая тишина дома по­ разила меня. Я вышелъ на веранду, гдѣ горѣли висячія лампы, и стояли столы и кресла: нигдѣ ни души. Темная ночь закутала вершины горъ. Бъ сторонѣ Гедэ сверкали широкія молніи; по вре­ менамъ слышались отдаленные глухіе раскаты грома. Не зная, куда дѣваться отъ охватившей меня вдругъ тоски, я взялъ стулъ, придвинулъ его къ баллюстрадѣ веранды и сталъ всматриваться и вслушиваться въ окружавшую меня тьму. Въ ней, въ этой тьмѣ, кипѣла теперь своеобразная жизнь: тысячи странныхъ, трескучихъ звуковъ, необычайной силы, наполняли воздухъ, говоря о присут­ ствіи невѣдомыхъ мнѣ ночныхъ насѣкомыхъ, птицъ, звѣрей. Боль­ шія летучія мыши неслышно вылетали изъ мрака и также тихо уходили во мракъ. Множество свѣтящихся жуковъ сверкали по всѣмъ направленіямъ, и ароматъ цвѣтовъ, наполнявшій воздухъ, странно раздражалъ нервы... Вдругъ послышались тяжелыя капли дождя, затѣмъ—смѣхъ и смутный говоръ нѣсколькихъ голосовъ, и вскорѣ на веранду явилась цѣлая компанія джентльменовъ, обы­ вателей отеля, которые, какъ оказалось, дѣлали свой ежедневный предобѣденный моціонъ.