Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

44 Воспоминан ія М. Ѳ. Каменской нялся секретарскимъ дѣломъ такъ усердно, что въ одно утро уни­ чтожилъ все, что было до сихъ поръ сдѣлано Крузенштерномъ. За это преступленіе адмиралъ высадилъ злодѣя Толстого на какой-то малоизвѣстный островъ и сейчасъ же отплылъ отъ его береговъ. Судя по разсказамъ объ американцѣ Толстомъ, онъ и на островѣ, живя между дикарями, продолжалъ бѣдокурить напропалую до тѣхъ поръ, пока какой-то благодѣтельный корабль не подобралъ его изъ жалости и татуированнаго отъ головы до ногъ не привезъ обратно въ Россію. Съ этихъ поръ Ѳедоръ Ивановичъ поселился въ Москвѣ и, по- моему, эта вторая его русская жизнь чуть ли не интереснѣе аме­ риканской. По словамъ самого Ѳедора Ивановича, первымъ его дѣломъ, когда онъ явился въ Москву, было заказать большой образъ СВ. Спиридонія, скораго помощника, и надѣть себѣ его на грудь. Про СВ. Спиридонія Толстой разсказывалъ цѣлую легенду, какъ во время пребыванія его въ Америкѣ, въ одну темную ночь, когда онъ былъ на шагъ отъ пропасти, ему явилось лучезарное видѣніе святого, осадило его назадъ, и онъ былъ спасенъ. Тогда же Ѳедоръ Ивановичъ заглянулъ въ устроенный имъ самимъ изъ чего- то календарь, который носилъ всегда при себѣ, и увидѣлъ число 12-го декабря; значитъ святой, который предсталъ ему въ видѣ­ ніи, былъ не кто иной, какъ св. Спиридоній, патронъ всѣхъ графовъ Толстыхъ. Съ этой минуты Ѳедоръ Ивановичъ сдѣ­ лался мало того, что богомоленъ, а просто ханжей. Но, всетаки, эти новыя религіозныя чувства не помѣшали ему завести въ Мо­ сквѣ страшную картежную игру и сдѣлаться ярымъ дуэлистомъ. Убитыхъ имъ онъ самъ насчитывалъ 11 человѣкъ. И онъ, какъ Іоаннъ Грозный, аккуратно записывалъ имена ихъ въ свой сино­ дикъ. Кромѣ того, дядюшка мой въ Москвѣ скоро влюбился въ ножки молоденькой цыганочки-плясуньи Пашеньки и началъ жить съ нею. И вѣрно никогда бы не подумалъ на ней жениться, если бы эта любящая его женщина своимъ благороднымъ поступкомъ не привела его въ совѣсть. Разъ онъ проигралъ въ клубѣ большую сумму денегъ, не могъ заплатить ихъ и долженъ былъ быть вы­ ставленъ на черную доску. Графская гордость его не могла пере­ жить этого позора, и онъ собрался всадить себѣ пулю въ лобъ. Цыганочка, видя его въ возбужденномъ состояніи, начала выспра­ шивать: — Что съ тобою, графъ? Сканей мнѣ! Я, быть можетъ, могу помочь тебѣ. — Что ты ко мнѣ лѣзешь? Чѣмъ ты можешь помочь мнѣ? Ну, проигрался! Выставятъ на черную доску, а я этого не переживу!.. Ну, что ты тутъ можешь сдѣлать? Убирайся! Но Пашенька не отставала отъ него, узнала, сколько ему нужно денегъ, и на другое утро привезла и отдала ихъ ему...