Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

38 Восп оиин ан ія М. Ѳ. Еаиѳнсвой жали... Одно ужъ то, что эта молодая дѣвушка сумѣла быть въ одно и то же время и серьезной воспитательницей своихъ племян­ ницъ и ихъ сердечнымъ другомъ, дѣлало ей великую честь. Но и, кромѣ того, эта Пашенька Барыкова была такое прелестное, сим­ патичное созданье, которое невозможно было не любить... Что же мудренаго, что съ такою помощницею тетушка Прасковья Василь­ евна въ воспитаніи дочерей своихъ достигла такихъ хорошихъ ре­ зультатовъ, которые современемъ упрочили за ними любовь и уваже­ ніе свѣта и даже двора... Доживу, Богъ дастъ, и до этого времени и о немъ разскажу все, что знаю. А теперь мнѣ хочется пережить еще разъ счастливое для меня лѣто 1831 года. Маменька моя, послѣ смерти дяденьки Александра Ѳедоровича, сильно страдала разстройствомъ нервовъ и потому рѣдко выхо­ дила изъ дому, такъ что сестра Лизанька и я ходили гулять или съ папенькой, или съ тетушкой Прасковьей Васильевной и до­ черьми ея—Лизанькой и Сашенькой Толстыми... Помню, что тогда излюбленная прогулка наша была—ходить смотрѣть, какъ играли царскія дѣти на зеленомъ лугу противъ Александровскаго дворца. Помню, что всякій вечеръ, на круглой дорожкѣ около луга, густою толпою устанавливались царскосельскіе жители; всякому лестно было полюбоваться на эту живую, семейную картину русскаго царя. И мы всякій вечеръ стояли въ этой толпѣ и жадными гла­ зами слѣдили за каждымъ движеніемъ государя Николая Павло­ вича, императрицы Александры Ѳеодоровны и ихъ красавцевъ дѣ­ тей. Наслѣднику Александру Николаевичу тогда было лѣтъ двѣ­ надцать; онъ былъ ловкій, статный мальчикъ, всегда окруженный избранными ему товарищами... За наслѣдникомъ шли три сестры его: Марія, Ольга и Александра Николаевны, и такъ лѣсенкой до­ ходили до Константина Николаевича, тогда еще маленькаго, хоро­ шенькаго карапузика, съ которымъ, не стѣсняясь зрителями, вѣчно воевала нянька его, англичанка Мими. Помню, какая разъ вышла баталія у нихъ изъ-за потеряннаго кушака. Англичанка, чтобы на­ казать мальчика за это преступленіе, насильно повязала его по рубашечкѣ своимъ носовымъ платкомъ, а маленькій великій князь ревѣлъ во все горло и отъ стыда прятался головой къ ней въ юбки... На этотъ неистовый крикъ подошелъ къ нимъ государь, и когда узналъ, въ чемъ дѣло, то далъ сыну маленькій подзатыльникъ и сказалъ: — Прекрасно, Мими! Прекрасно! Такъ ему и надо, пусть не теряетъ больше своихъ кушаковъ. Эта англичанка Мими, нянюшка дѣтей Николая Павловича, была большая его любимица, сама боготворила государя и пользо­ валась его уваженіемъ и дружбою до послѣдняго ея вздоха. Великая княжна Марія Николаевна была тогда, кажется, общею любимицей всего Царскаго Села. Настоящая картинка собой, она