Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

388 P. И. С ем ен тк о в ск ій бокаго патріотическаго чувства, какъ вдохновенія», значитъ умыш­ ленно игнорировать все, что составляетъ силу Ломоносовской поэзіи, что и теперь, по прошествіи почти 130 лѣтъ послѣ смерти на­ шего знаменитаго ученаго и поэта, заставляетъ усиленно биться наше сердце, когда мы перечитываемъ его произведенія. Если Кантемиръ обращался съ своимъ словомъ преимущественно къ обществу, если онъ своимъ смѣхомъ сквозь слезы казнилъ его не­ совершенства, его пороки, его «злой нравъ», если онъ такимъ образомъ сталъ родоначальникомъ нашей обличительной литературы, вызвалъ къ жизни Фонвизина, Гоголя, Салтыкова, то онъ вдохно­ влялся единственно великими началами гуманности, просвѣщенія, равенства всѣхъ людей, беззавѣтнаго служенія своему народу. Тѣми же началами почти исключительно руководствовался и Ло­ моносовъ; но онъ обращался съ своимъ словомъ не столько къ обществу, сколько къ правительству, и вмѣстѣ съ тѣмъ сдѣлался родоначальникомъ нашей такъ называемой патріотической литера­ туры, позднѣйшими представителями которой были Державинъ, Карамзинъ, отчасти Жуковскій, Пушкинъ и наиболѣе выдающіеся публицисты недавняго прошлаго, напримѣръ, И. С. Аксаковъ. Трудно сказать, которая изъ этихъ двухъ группъ классическихъ нашихъ писателей принесла больше пользы: та ли, которая, обра­ щаясь преимущественно къ обществу, пускала въ ходъ сатиру и язвительною насмѣшкою бичевала «злой нравъ», гдѣ бы онъ ни встрѣчался, или та, которая, обращаясь преимущественно къ пра­ вительству, убѣжденнымъ, патетическимъ словомъ поощряла его къ великимъ реформамъ, ознаменовавшимъ собою царствованія Ека­ терины II, Александра I и въ особенности Александра II. Обѣ группы, т. е. представители нашей об.тичительной и патріотической литературы, стремились къ одной цѣли. Собственно это только два русла одной великой рѣки, то разъединяющіяся, то соединяющіяся: источникомъ этой рѣки служитъ любовь къ отечеству, истокъ же ея, на который вѣчно обращены взоры лучшихъ русскихъ людей, это—благоденствіе отечества. Только уяснивъ себѣ это, мы возда­ димъ должное родоначальникамъ нашей изящной словесности, пой­ мемъ ихъ великое значеніе не только литературное, но и обще­ ственно-политическое, и перестанемъ повторять безсодержательныя фразы, будто бы истинная гражданственность началась у насъ только съ шестидесятыхъ или съ сороковыхъ годовъ: она всегда была присуща нашей литературѣ, и, конечно, болѣе трезвая и глу­ бокая оцѣнка послѣдней въ историческомъ ея развитіи отведетъ Ломоносову на ряду съ Кантемиромъ мѣсто и среди самыхъ чест­ ныхъ, самоотверженныхъ и заслуженныхъ «гражданъ» Русской земли. Р. Сементковскій.