Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

В о с п о м и н а н ія А. А. Н и л ь ск а г о 355 Когда Васильевъ былъ совсѣмъ еще мальчикомъ и учился въ московскомъ театральномъ училищѣ, съ нимъ произошло однажды на масленицѣ, во время утренняго спектакля въ Большомъ театрѣ, го­ раздо большее приключеніе, имѣвшее также болѣе печальный исходъ. Съ петербургской балериной Андреяновой, командированной въ Москву на гастроли, былъ отправленъ балетный фигурантъ Але­ ксандръ Львовичъ Леонидовъ, братъ извѣстнаго трагика Леонида Львовича Леонидова, тогда служившаго на московской драмати­ ческой сценѣ. Директоръ послалъ его сопровождать Андреянову спеціально для участія въ балетѣ «Сатанилла», въ которомъ она имѣла всюду выдающійся успѣхъ и въ которомъ привыкла играть съ Леонидовымъ. Александръ Львовичъ слылъ за оригинала. Будучи не больше какъ только фигурантомъ балета, онъ держалъ себя крайне гордо и независимо передъ всѣми, даже передъ начальствомъ. Необыкно­ венно честный, прямой и добрый человѣкъ, онъ въ минуты покло­ ненія Бахусу былъ неукротимымъ и часто позволялъ себѣ изли­ шества. Выпивалъ же онъ частенько, потому его жизнь была пере­ полнена анекдотическими происшествіями, иногда даже скандаль­ наго характера. Онъ обладалъ исключительной фигурой и физіо­ номіей, возбуждавшими въ каждомъ чувства страха и уваженія. Леонидовъ былъ ужасающе худъ и безобразно высокъ; его мас­ сивная голова была покрыта густыми волосами огненно-рыжаго цвѣта, а лицо украшалось длиннымъ и почему-то кривымъ носомъ. Благодаря всему этому, ему поручались роли преимущественно чертей и привидѣній. Къ «Сатаниллѣ» же онъ до того хорошо изо­ бражалъ сатану, что директоръ нашелъ необходимымъ послать его въ Москву вмѣстѣ съ Андреяновой, не разсчитывая найти въ мо­ сковской балетной труппѣ достойнаго партнера петербургской ба­ леринѣ. Въ утренній спектакль, о которомъ идетъ рѣчь, шелъ именно этотъ балетъ. Васильевъ игралъ чертенка. Послѣ перваго дѣйствія подходитъ почему-то къ нему, а не къ кому другому, хотя черте­ нятъ была цѣлая группа,—Леонидовъ и говоритъ: — Эй, чертенокъ!.. Блиновъ поѣсть не хочешь? — Хочу,—бойко отвѣтилъ Павелъ Васильевичъ, приходившійся въ то время Александру Львовичу чуть не по колѣно. — Такъ пойдемъ со мной... неподалеку отсюда... я тебя на­ кормлю... — А какъ же спектакль? — Поспѣемъ! Мы вѣдь до послѣдняго акта не заняты... Отлично закусимъ и на сытый желудокъ лучше отбарабанимъ свой адскій выходъ... — Оно, конечно, это очень хорошо, но только, пожалуй, не поспѣешь еще переодѣться...