Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

352 В о с п ом и н а н ія А. А. Н и л ь ск а г о — Г. капитанъ... вы милостивы и всесильны на своемъ паро­ ходѣ... это я заключаю изъ вашего благороднаго поступка, свидѣ­ телемъ котораго я сейчасъ былъ... Ужъ ежели дѣло пошло всерьезъ, то нельзя ли и мнѣ возвратить такъ же мой проигрышъ... — Какъ, батюшка, и вы тоже играли?—удивился капитанъ.— Какъ вамъ не стыдно?! — Что дѣлать! Попуталъ лукавый!.. Но я надѣюсь на право­ судіе и убѣжденъ, что вы прикажете отдать мнѣ мои кровные шестьдесятъ цѣлковыхъ... Это очень хорошо, что здѣсь игра вос­ прещается. — II батюшкѣ такъ же отдайте сію минуту!—строго сказалъ капитанъ. Неудовольствіе банкомета еще болѣе усилилось. Съ злобой и проклятіемъ онъ снова сталъ отсчитывать деньги для возврата второму жалобщику. Когда и эта операція была окончена, капи­ танъ направился къ выходу, предварительно прочтя внушительную тираду: — Я требую сейчасъ же прекратить игру и убрать карты. Въ противномъ же случаѣ я всѣхъ, кто будетъ играть, высажу съ парохода на ближайшей пристани. Послѣ небольшой паузы и общаго непріятнаго положенія свя­ щенникъ поднялся со своего мѣста, пріоткрылъ дверь, заглянулъ въ корридоръ и, обращаясь къ компаніи, торжественно сказалъ; — Ушелъ!.. Поднялся вверхъ... И ужъ, вѣроятно, болѣе сюда не возвратится... Теперь, господа, можно снова продолжать игру... Кто будетъ держать банкъ? Картина. Разсказы Васильева изъ закулисной жизни такъ же были полны интереса и юмора. Онъ какъ-то передавалъ мнѣ весьма забавный эпизодъ объ исполненіи имъ роли Гораціо въ «Гамлетѣ» на сценѣ одного изъ провинціальныхъ театровъ. Это было во времена его юношества. Служилъ онъ у захуда­ лаго антрепренера, дѣла котораго были далеко не блестящи. Для пополненія сборовъ антрепренеръ вздумалъ пригласить на гастроли трагика Н. X. Рыбакова. Для перваго выхода этой провинціальной знаменитости назначенъ былъ «Гамлетъ», и за неимѣніемъ со­ отвѣтствующихъ исполнителей роль Гораціо поручили Павлу Васильевичу, игравшему тогда исключительно только комиковъ и не подходившему къ этой роли ни своею внѣшностью, ни воз­ растомъ. Мѣстный трагикъ, разумѣется, былъ очень недоволенъ появле­ ніемъ гастролера. Послѣ долгаго, сумрачнаго раздумья онъ порѣ­ шилъ «подложить свинью» своему прославленному конкуренту при первомъ же его дебютѣ. Имѣя большое вліяніе на юнаго Васильева, онъ сказалъ ему наканунѣ торжественнаго спектакля: