Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

332 — Воспоминан і я М. Ѳ. Каменской СЪ большимъ носомъ и толстыми губами... И что же бы вы думали? Умное, доброе лицо Кукольника мнѣ сразу понравилось... И хотя онъ далеко не любезно со мною обошелся, я не ушла отъ него, а оперлась рукой на фортепіано и стала его слушать... Какъ онъ прелестно игралъ! Онъ что-то фантазировалъ и переходилъ изъ мо­ тива въ мотивъ, точно ворковалъ что-то, и тихіе звуки отъ игры его такъ и лились прямо въ душу... Я, грѣшный человѣкъ, до сихъ поръ шумной блестяш;ей музыки не люблю; мнѣ она мила только до тѣхъ поръ, покуда говоритъ душѣ, а какъ только ста­ новится жонглерствомъ, фокусомъ съ проворствомъ рукъ, такъ — Господь съ ней, мнѣ ея не надо! И я охотно сознаюсь, что я въ музыкѣ совершенный профанъ. Кукольникъ продолжалъ играть и вдругъ, не взглянувъ даже на меня, спросилъ: А вы играете на фортепіанахъ? — Нѣтъ, Несторъ Васильевичъ, я самое бездарное созданіе: ни въ дудочку, ни въ солѣлочку!—засмѣявшись отвѣчала я. — Напрасно! у васъ длинные музыкальные пальцы, вы бы могли играть хорошо,—сказалъ онъ, вставая изъ-за фортепіано, и про­ шелъ въ кабинетъ отца. Кажется, послѣ такого перваго знакомства нельзя ожидать за­ вязки какого нибудь романа между мною и Несторомъ Василье­ вичемъ Кукольникомъ; однакожъ романъ не романъ, а что-то въ родѣ того завязалось; въ будущемъ мѣсяцѣ я поговорю объ этомъ въ мо­ ихъ «воспоминаніяхъ». М. Каменская. (Продолженіе въ слѣдующей книжкѣ).