Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

322 Воспоминанія II. Ѳ. К а м е н с к о й ---- рокового часа и минуты, начиналъ слабѣть до того, что вѣрно умеръ бы раньше назначенной ему послѣдней минуты, но тутъ, къ неопи­ санному счастью умираюш,аго, опять влетала къ нему его проро­ чица съ вѣстью о томъ, что день смерти его отложенъ, и опять назначала новый срокъ. Всеволожскій оживалъ, сначала радовался, что еш,е поживетъ, потомъ торопился молиться, каяться, приносилъ новыя жертвы... Не могу сказать, сколько времени эта ужасная женш,ина эксплоа- тировала почти доведеннаго ею до одурѣнія несчастнаго, богатаго знатнаго барина, который никого, кромѣ нея, къ себѣ не допу­ скалъ; но знаю отъ папеньки навѣрное, что наслѣдникамъ его на­ конецъ показались странными тайныя отношенія лекарки-прижи- валки къ охладѣвшему ко всѣмъ роднымъ Всеволоду Андреевичу; они прослѣдили ближе за его таинственной жизнью, поймали на мѣстѣ преступленія злодѣйку Турчанинову, съ великимъ сканда­ ломъ передали ее въ руки правительства, и по окончаніи надъ нею суда она была сослана въ Сибирь. Вотъ и все, что мнѣ оставалось сказать объ этой ужасной жен­ щинѣ. Въ концѣ 1831 года, въ академіи ничего особеннаго не случи­ лось. Отецъ мой служилъ, лѣпилъ свои медали, гравировалъ «Ду­ шеньку», такъ что разсказывать объ этомъ было бы повторять то же самое. Только къ Рождественскимъ праздникамъ всѣ профес­ сора перебывали у насъ съ приглашеніемъ къ себѣ на вечеръ. Мы съ папенькой перебывали по очереди у всѣхъ, всюду отпля­ сывали до упаду... Новый 1832 годъ всѣ профессора съ дочками встрѣтили у насъ, и нашимъ баломъ закончились рождественскія празднества. Въ числѣ другихъ развлеченій, должна я упомянуть о пле­ мянницѣ И. II. Мартоса, Александрѣ Степановнѣ, вдовѣ попа разстриги, которая въ то давно прошедшее время своими разсказами о старинѣ составляла наше блаженство. Рѣдкій день проходилъ безъ того, чтобы мы не заставили повторять намъ исторію ея за­ мужества съ отцомъ Иваномъ. Этотъ разсказъ я повторю въ моихъ «воспоминаніяхъ», слово въ слово. По-моему, онъ стоитъ того. Вы­ кину изъ него только наши глупые вопросы, которыми мы всегда прерывали ее. Александра Степановна, бывало, прежде чѣмъ на­ чать говорить, поломается немного и скажетъ намъ: «да что, дѣ­ вицы, вѣдь я вамъ это вчера разсказывала». А потомъ соблазнъ поболтать о молодыхъ ея годахъ былъ такъ великъ, что она въ сотый разъ начнетъ снова: «мой покойникъ былъ вѣдь не просто семинаристъ, какъ я за него замужъ выходила, онъ ученый былъ, на магистра шелъ; да на экзаменахъ у него что-то сорвалось, ему и дали мѣсто священника въ село къ богатой вдовѣ помѣщицѣ. А красавецъ онъ какой былъ, такъ я и сказать вамъ не могу: