Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

2b(j 1 I. Ясин ск ій НОЙ, до тѣхъ поръ ничто его не будетъ связывать, и онъ не за­ думается похитить Сарру; но если его приласкать и принимать, какъ гостя, то вѣроятнѣе всего, что онъ постѣсняется тайно ви­ даться съ Саррой и компрометировать ее. Ему подадутъ слабую на­ дежду на возможность принятія Саррой христіанства, а тѣмъ вре­ менемъ мало ли что случится! Пріѣздъ Николая Кондратьича, какъ нельзя болѣе, былъ кстати. — Саррочка, — началъ Соломонъ Борисовичъ: —иди къ maman и скажи, что мы прійдемъ къ ней пить кофе, и я представлю ей про({)ессора и Николая Кондратьича. А также сдѣлай ей отъ меня выговоръ, что она плохо смотритъ за тобой, — заключилъ тактич­ ный отецъ. Сарра, покраснѣвъ, какъ отвороты ея платья, ушла къ матери, не преминувъ, однако, всѣмъ улыбнуться и обнаружить свои пре­ лестные, бѣлые, немного мокрые зубы. Во-вторыхъ, Соломонъ Борисовичъ подумалъ при видѣ Тарно- вица, пившаго воду и нюхавшаго нашатырный спиртъ, что это не только болтливый дуракъ, но и хитрый. Онъ сталъ подозрѣ­ вать его въ притворствѣ: ему, исключительно погруженному въ матеріальную жизнь и въ наживу, было противно видѣть чело­ вѣка, преданнаго нелѣпымъ мечтамъ о перерожденіи еврейства и примиреніи съ христіанствомъ. Изъ мессіанства Тарновицъ сдѣлаетъ выгодную для себя комедію и заранѣе пріучается впадать въ изсту­ пленіе и въ боговдохновенную эпилепсію. — Вы ужъ здоровы? — насмѣшливо проговорилъ Соломонъ Бо­ рисовичъ, окинувъ съ ногъ до головы Тарновица презрительнымъ взглядомъ.— Идите за мной, отойдемъ немножко въ сторонку: я хочу вамъ посовѣтовать кое-чего и дать вамъ денегъ въ благодарность за удовольствіе, которое вы мнѣ доставили. Онъ отвелъ его въ сторону... Черезъ нѣсколько минутъ Тарно­ вицъ вышелъ и.зъ Каменнобродской усадьбы. Казалось, онъ хро­ малъ еще сильнѣе. Фуражка его была сдвинута на затылокъ, и въ кулакѣ зажата трехрублевка. Сѣвши въ телѣжку и больно стег­ нувъ ароновскую клячу, Тарновицъ обернулся, грозно посмотрѣлъ на каменнобродскія палаты, проворчалъ проклятіе и погрозилъ ку­ лакомъ. Онъ хотѣлъ бросить также три рубля, растоптавъ ихъ каблукомъ, но онъ сообразилъ, что сдѣлаетъ это потомъ съ дру­ гими тремя рублями, а эти ему нужны, и онъ, несчастный нищій Тарновицъ, беретъ ихъ нѣкоторымъ образомъ въ долгъ у благо­ роднаго и гордаго Тарновица, обязаннаго во что бы то ни стало наплевать на деньги Соломона Борисовича, въ которомъ онъ такъ скоро разочаровался.