Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

И стор и ч еск ія м елочи 245 тической и психологической школы французскаго романа. Хотя многіе осно­ вательно упрекаютъ его романы въ излишней искусственности, утонченной казуистикѣ и только въ кажущейся глубинѣ изслѣдованія человѣческой души, пускающей пыль въ глаза женщинамъ, составляющимъ большинство его читателей, но, всетаки, послѣ Зола и Додз это самый выдающійся та­ лантъ изъ современныхъ франпузскихъ беллетристовъ. Если мы перейдемъ къ другому новому безсмертному, избранному въ преемники Тэну, Альберу Сорелю, то будемъ имѣть дѣло съ совершенно иной литературной личностью. Это степенный, серьезный пятидѳсяти-двухъ-лѣтній историкъ, чрезвычайно знающій и вполнѣ способный къ научному синтезу; но, быть можетъ, слиш­ комъ преданный изученію сухихъ историческихъ матеріаловъ и страдающій отсутствіемъ того огонька, той смѣлости во взглядахъ, безъ которыхъ исто­ рикъ—только фотографъ прошедшаго. Тѣмъ болѣе этотъ недостатокъ ошу^- тителѳнъ въ трудахъ Сореля, что онъ не кабинетный ученый и хотя состо­ итъ профессоромъ дипломатической исторіи въ школѣ политическихъ наукъ, но былъ практическимъ дипломатомъ, исполняя должность секретаря при нѣсколькихъ посольствахъ, и до сихъ поръ генеральный секретарь предсѣ­ дателя французскаго сената, что, повидимому, должно было бы расширить его кругозоръ, но, быть можетъ, именно будучи чиновникомъ и диплома­ томъ, онъ научился той осторожности въ своихъ сужденіяхъ, тому докто­ ральному тону и той благоразумной привычкѣ никогда не закрывать за со­ бой двери, чтобы имѣть возможность, при необходимости, перемѣнить <да» въ «нѣтъ», которые составляютъ отличительныя черты его главныхъ тру­ довъ: «Дипломатическая исторіи Франко-Нѣмецкой войны», «Европа и Францу.зская революція» и «Очерки исторіи критики».