Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

И сторич еск ія мелочи 239 ставилъ ему одного изъ учениковъ, какъ прекраснаго офицера: «Нѣтъ пре­ красныхъ офицеровъ иначе, какъ на полѣ брани», но онъ очень дорожилъ своей «курицей, носившей золотыя яйца», какъ онъ называлъ школу, и на­ ходился съ нею въ самыхъ прекрасныхъ отношеніяхъ до коронаціи его им­ ператоромъ. По случаю этого событія, ученикихотказались принять устано­ вленную присягу, а Бриссо, сынъ жирондиста, гордо воскликнулъ: «нѣтъ, я не дамъ клятвеннаго обѣщанія повиноваться Наполеону». Его, конечно, уво­ лили, а такъ какъ сдѣлать того же со всей шко.лой было невозможно, то удовольствовались тѣмъ, что ученики замѣнили «клянусь» словомъ «здѣсь», какъ на перекличкѣ. Охлажденіе между императоромъ и его «курицей» про­ должалось во все время имперіи, но въ 1814 году и во время ста дней по­ литехники забыли все изъ любви къ отечеству и огульно присоединились къ его арміи, составивъ отдѣльный отрядъ подъ начальствомъ Иполита Карно, отца только что умершаго президента, Анфантена и Альфреда дѳ Виньи. При реставраціи, несмотря на особыя попеченія о шкодѣ герцога Ангулем- скаго, она отличалась пламеннымъ духомъ опозиціи и при всякомъ удобномъ случаѣ выражала свои антипатіи къ Бурбонамъ, возвратившимъ себѣ пре­ столъ съ помощью иностранцевъ и старавшимся подчинить Францію клери­ каламъ; отъ этого происходили постоянныя столкновенія между начальствомъ и самыми рьяными учениками: такъ, Каваньяка, будущаго дѣятеля 1847 г., исключили только потому, что онъ публично выражалъ свое уваженіе къ конвенту, а Шарасъ подвергся той же участи за то, что онъ на улицѣ пѣлъ «Марсельезу». Но этотъ же самый Шарасъ, впослѣдствіи герой алжир­ скихъ войнъ и передовой дѣятель второй республики, предводительствовалъ политехниками, которые въ количествѣ шестидесяти человѣкъ стали во главѣ іюльской революціи, при чемъ Боскэ взялъ Лувръ, а Вано былъ убитъ при осадѣ Вавилонскихъ казармъ. Вслѣдъ за побѣдой молодые герои со­ дѣйствовали водворенію повсюду порядка. Въ нѣсколько часовъ они пріо­ брѣли такую общую популярность, что впродолжѳніе слѣдующихъ за тѣмъ двадцати лѣтъ французы счита.ли политехниковъ лучшими защитниками своей свободы. Конечно, всего болѣе былъ имъ благодаренъ Луи-Филиппъ, которому они помогли взойти на престолъ, и онъ не зналъ, какъ выка­ зать имъ свою признательность за оказанныя услуіи; по совѣту своего стар­ шаго сына, герцога Орлеанскаго, который слушалъ лекціи въ школѣ въ качествѣ экстерна, онъ произвелъ въ поручики всѣ.хъ политехниковъ, прини­ мавшихъ участіе въ іюльскихъ дняхъ, и послалъ имъ двѣнадцать крестовъ Почетнаго Легіона для вы,дачи «амымъ достойнымъ изъ нихъ, но они отка­ зались отъ той и другой чести на томъ благородномъ основаніи, что не ж е­ лаютъ заслуживать орденовъ и офицерскихъ эполетъ въ междоусобной борьбѣ, когда они только исполняли свой патріотическій долгъ. Вся Франція была тронута ихъ по,двигами и безкорыстіемъ; въ честь ихъ всюду устроивали праздники и банкеты, о нихъ писались дифирамбы въ стихахъ и прозѣ, а го­ родъ Реймсъ послалъ всей школѣ полтораста бутылокъ лучшаго шампан­ скаго съ приложеніемъ слѣдуюшихъ стиховъ: Сопіѳ а flots pour la nouvelle France De nos coteaux petillante liqueur, Cours arraser le laurier du vainqueur*). ручьями для новой Франціи шипучій напитокъ нашихъ виноград­ никовъ п орошай лавры побѣдителей.