Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

ПРЕВЫЙ ГРАЩАНЙНЪ ФРАНЦІИ. УСТЬ тираны правятъ желѣзной рукой, пусть всѣхъ тѣснятъ, уничтожаютъ и будутъ Божіимъ бичемъ, если забытый всѣми отецъ своей страны былъ тщетно добръ, мягокъ, справедливъ». Этими словами изъ Гомера, въ англійскомъ лереводѣ Попе, началъ Гладстонъ свою знаменитую рѣчь въ палатѣ общинъ по случаю мученической смерти Царя-Освободителя, и теперь ихъ повторяютъ всѣ лондон­ скія газеты въ виду трагической кончины Карно. Но роковыя ката­ строфы, приведшія въ ужасъ и сердечную печаль два дружествен­ ные народа, на разстояніи тринадцати лѣтъ, имѣютъ между собою и болѣе тѣсную внутреннюю связь, чѣмъ та внѣшняя общая черта, что они вызываютъ одну и ту же поэтическую строфу: Царь-Осво­ бодитель, оставшійся здравымъ и невредимымъ отъ первой бро­ шенной подъ его экипажъ бомбы, поспѣшилъ на помощь къ ране­ ному казаку, когда вторая бомба причинила ему смерть въ ми­ нуту его гуманнаго подвига, а первый гражданинъ Франціи, про­ ѣзжая черезъ горячо привѣтствовавшую его толпу, приказалъ ко­ ляскѣ ѣхать шагомъ, удалилъ скакавшій подлѣ эскортъ, говоря: «Пустите ко мнѣ добрый народъ, я хочу всѣмъ пожать руки», и, протянувъ свою честную руку убійцѣ, погибъ подъ ударомъ кин­ жала. Еслибъ тотъ и другой не поддались человѣчному движенію своего добраго сердца, то, быть можетъ, избѣгли бы грозившей имъ опасности. Какъ бы то ни было, эти двѣ мрачныя страницы совре­ менной исторіи налагаютъ позорное пятно на наше время, которое такъ кичится своимъ прогрессомъ и цивилизаціей. Впрочемъ, Европа можетъ утѣшить себя, если въ этомъ есть утѣшеніе, той мыслью, что не смотря на многочисленныя покушенія на коронованныхъ особъ и правителей государствъ впродолженіе настоящаго вѣка, только два изъ нихъ окончились трагически, если не считать убій-