Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

188 Б. Б. Глинскій «снимковъ съ натуры». Въ немъ есть извѣстный центръ, ось, около которой группируется богатый запасъ подлинныхъ фактовъ. На­ конецъ, въ книгѣ присутствуетъ также глубоко драматическій мо­ ментъ, который съ первыхъ же строкъ захватываетъ всякаго чи­ тателя съ живой душой, въ которой хотъ разъ въ жизни находили откликъ жизненные вопросы нашего времени... Г. Астыревъ— живой сынъ живого времени... Очевидно, онъ шелъ въ деревню съ запасомъ вѣры, которая одушевляла многихъ, и явился въ народ­ ную среду не равнодушнымъ наблюдателемъ. Тѣ факты, которые онъ сумѣлъ отмѣтить съ такою яркостью, падали, очевидно, на почву очень воспріимчиваго воображенія. Народная жизнь вторга­ лась въ чуткую душу интеллигентнаго «искателя». Онъ отмѣчаетъ въ ней не все безразлично... но онъ не выдумываетъ драму въ на­ родномъ вкусѣ. Онъ поставилъ себя въ такое положеніе, которое само по себѣ представляетъ глубоко-захватывающій драматическій моментъ, и ему осталось только правдиво отмѣчать ея фазисы. По­ вторяемъ, г. Астыревъ не художникъ; это умный наблюдатель и, при томъ, наблюдатель глубоко-заинтересованный». Какимъ Н. М. выступилъ въ свѣтъ съ своимъ первымъ трудомъ, такимъ онъ сошелъ и въ могилу. Мѣткая наблюдательность, сердеч­ ное отношеніе къ описываемому, «заинтересованность», отсутствіе фальшивой притянутости и, къ сожалѣнію, недостатокъ художествен­ ныхъ красокъ—таковы главнѣйшія черты и всѣхъ дальнѣйшихъ произведеній автора, печатавшихся въ «Русской Мысли», «Сѣвер­ номъ Вѣстникѣ», «Русскихъ Вѣдомостяхъ», «Волжскомъ Вѣст­ никѣ». Большинство его разсказовъ и очерковъ вышли отдѣль­ ными двумя изданіями «Деревенскіе типы и картинки» и «На таежныхъ прогалинахъ». Въ «Деревенскихъ типахъ» останавли­ ваетъ на себѣ вниманіе святочный разсказъ «Хлѣборобъ», какъ произведеніе глубоко-субъективное, гдѣ подъ фантастическимъ по­ кровомъ авторъ рисуетъ намъ безпомощное положеніе народа, же­ лающаго знать истину, умѣть различать враговъ и друзей и не находящаго выхода своимъ желаніямъ. Эти свои желанія и стре­ мленія онъ будетъ въ состояніи повѣдать лишь тогда, когда про­ свѣщеніе проникнетъ въ темную народную массу и прогонитъ кошмаръ ужасовъ и невѣжества, опутывающихъ наше крестьян­ ство. Такова тема другого разсказа «Отъ колыбельки до могилки...». «Свѣточъ знанія уже разгорается и начинаетъ освѣщать темныя народныя массы,—восклицаетъ здѣсь авторъ.—И когда этотъ свѣ­ точъ разгорится полнымъ и яркимъ пламенемъ, тогда явится, скинувъ съ себя ярмо унизительныхъ страховъ, въ своихъ истин­ ныхъ очертаніяхъ неразгаданный еще сфинксъ, русскій народъ, и тогда мы услышимъ его собственную рѣчь о томъ, что онъ ду­ маетъ и чего онъ хочетъ». По возвращеніи изъ Сибири, Астыревъ помѣстилъ въ журналахъ и газетахъ рядъ статей, посвященныхъ