Исторический вестник. 1894 г. Том LVII.

Тамбовскіе земцы 159 «Се язъ, Иванъ Васильевъ, бортникъ деревни Починокъ, въ ны­ нѣшнемъ 1650 году... поступился есми посадкимъ людямъ, елатом- цамъ, верховымъ бортнымъ ухожьемъ сполна, и съ лугами сѣнными, и съ рѣками, и протоки, и съ бобровыми гоны, лосиными купали- щами, и со всякою звѣриною ловлею. А государева медвенаго оброку 15 гривенокъ меду». Все это многоверстное и разнообразное угодье дано было ела- томцамъ по пр іятельству , даромъ, такъ какъ у щацкаго борт­ ника Васильева и безъ того было несчетное множество ухо- жеевъ, съ которыми онъ никакъ не могъ справиться. Очевидно, Васильевъ былъ могутнбй работникъ, не то,что сосѣдъ его мордвинъ Пайка Родкинъ. Этотъ послѣдній, по работной немощи своей, сплошалъ съ окружавшими его безпредѣльными вольными угодьями, не справился съ ними, и невѣдомо, куда и зачѣмъ бѣжалъ. А во дворишкѣ его осталось хоромъ; избенка не крыта, да конюшнишка пластинная; да скотины 4 овцы, да же­ ребенокъ, да 2 курицы; да четверть кола ржи несѣяной; а б ол ьш и т о г о никакихъ пожитковъ у него не осталось.., А уходя тотъ Пайка буянилъ , бранился всякою неподобною бранью, сосѣдскую асенку на гумнѣ билъ и робенка у ней изъ рукъ вышибъ и собаками стравилъ... Гдѣ пропалъ этотъ непутящій Пайка съ своей горемычной семьей—невѣдомо. Пайка Родкинъ бѣжалъ по крайней мѣрѣ не одинъ. Къ своей горькой бѣглой жизни онъ присовокупилъ и безотвѣтную семью свою. А иные бѣжали одни, покидая семьи на неисходный голодъ, холодъ и на всякую справу воеводскую. И голодали эти злополучныя семьи, пока ихъ непутевыхъ кормильцевъ накрѣпко сы ски ­ вали; а затѣмъ и сами, въ силу былыхъ юридическихъ обычаевъ, попадали въ тюрьмы, старые и малые, въ смыслѣ круговой по­ руки. И я думаю, не очень печалились эти сироты, если ихъ кормильцевъ излавливали... Тогда они присутствовали на горо­ довой торговой площади и видѣли, какъ ихъ кормильца нещадно сѣкли кошками, или же били батогами и шелепами. То былъ по­ слѣдній актъ ихъ семейной драмы. Удивительно то безправіе, въ которомъ Тамбовскій край пребыг валъ въ теченіе всего XVII вѣка. Если начинались у насъ между обывателями спорныя дѣла, то тутъ обычно и нерѣдко являлись на сцену извѣстная приказная волокита, прицѣпки и многія взятки. Если же мѣстные жители почему либо избѣгали воевод­ скаго и приказнаго суда, то въ этихъ случаяхъ чаще всего начи- Ёался безобразный самосудъ. Въ Темниковскомъ уѣздѣ былъ у насъ, напримѣръ, такой слу­ чай. Мордва деревни Караушки не поладила изъ-за земли съ рус­ скими крестьянами деревни Стрѣльниковой. И вотъ разъ Караущ-