Исторический вестник. Том XLIX.

82 А. И. Л еманъ Стоявшій у дверей каыеръ-лакей провозгласилъ; — Императоръ! Наполеонъ въ зеленомъ раскрытомъ на груди мундирѣ и бѣ­ ломъ жилетѣ быстро вошелъ въ залу, въ сопровожденіи своихъ маршаловъ, и сѣлъ на кресло предъ налоемъ. Служба началась. Едва только она успѣла окончиться, императоръ также поспѣшно удалился, какъ и вошелъ. Тогда стали по очереди пропускать дамъ въ пріемную комнату, гдѣ ихъ представляла императору, по его назначенію, г-жа Абра­ мовичъ. Ни одна изъ дамъ не хотѣла идти первой. Онѣ молча перегля­ дывались. Камеръ-лакей выразительно держался за ручку двери. Графъ Тюренъ, чтобы разсѣять маленькое замѣшательство, обо­ дрялъ дамъ словами и улыбкой. Наконецъ, выступила графиня Коссаковская и скрылась за дверью. Когда она приблизилась къ Наполеону, окинувшему ее бѣглымъ взглядомъ, г-жа Абрамовичъ назвала ея фамилію. — Урожденная Потоцкая, —прибавила графиня. Наполеонъ спросилъ: — Какого изъ Потоцкихъ? Ихъ вѣдь безчисленное множество. — Сестра Владиміра Потоцкаго. — А, знаю, онъ давно служитъ у меня,—сказалъ императоръ, вспомнивъ о польскомъ полкѣ Потоцкаго, который былъ еще въ знаменитой битвѣ у пирамидъ. Наступила очередь графини Тизенгаузъ. Устремивъ свой орли­ ный взоръ на ея шифръ, Наполеонъ спросилъ: — Какой знакъ отличія надѣтъ на васъ? — Фрейлинскій шифръ двора ихъ величествъ государынь им­ ператрицъ всей Россіи. — Слѣдовательно, вы русская? — Нѣтъ, я только имѣю фрейлинскій знакъ. Наполеонъ улыбнулся. — У васъ братъ служитъ въ легкой кавалеріи? — У меня два брата, ваше величество, но они нигдѣ не слу­ жатъ. ' — Полноте, они давно у Латуръ-Мобура. Графиня не возражала, хотя не знала привычки Наполеона всегда настаивать на вѣрности своего мнѣнія. Княжна Казиміра, не обративъ особаго вниманія императора, отошла къ окну, съ любопытствомъ наблюдая за продолжавшимся представленіемъ дамъ. Мало по малу пріемная наполнилась ими. Г-жѣ Огинской Наполеонъ предложилъ свой любимый вопросъ: — Есть ли у васъ толстыя и большія дѣти? На что она въ замѣшательствѣ не дала никакого отвѣта. Императоръ, повернувшись къ остальнымъ дамамъ, смѣясь сказалъ: