Исторический вестник. Том XLIX.

10 ----- Клейстъ ------ задъ явился сюда избитый до полусмерти... нѣтъ, до такой степени избитый, что онъ не могъ даже свободно вздохнуть. Мы положили его БЪ постель, и у него сдѣлалось сильное кровохарканье. За­ тѣмъ, въ отвѣтъ на наши многократные вопросы, мы услышали исторію, которую никто не можетъ понять. Онъ разсказываетъ, какъ ты оставилъ его въ Тронкенбургѣ съ лошадьми, которыхъ не пропускали, какъ его заставили уйти изъ Тронкенбурга постыд­ нымъ нанесеніемъ побоевъ и какъ ему не было никакой возмож­ ности взять съ собой лошадей. — Да?—сказалъ Кольгаасъ, снимая плащъ.—Что же онъ опра­ вился уже? — Кровохарканье почти прошло, — отвѣчала Лизбетта .— Я хо­ тѣла немедленно послать работника въ Тронкенбургъ, который хо­ дилъ бы тамъ за лошадьми до твоего пріѣзда. Герзе всегда казался такимъ правдивымъ и такимъ безпримѣрно преданнымъ по отно­ шенію къ намъ, что мнѣ и въ голову не пришло усомниться въ его показаніи, подтверждавшемся притомъ столькими фактами, и запо- дозрѣть, что лошади пропали у него какимъ либо инымъ способомъ. Но онъ сталъ умолять меня никого не посылать туда, а прямо от­ казаться отъ лошадей, если ради нихъ я не хочу пожертвовать че­ ловѣкомъ. — 1’азвѣ онъ еще въ постелѣ?—спросилъ Кольгаасъ, развязы­ вая свой галстухъ. — Нѣсколько дней бродитъ онъ уже по двору,—отвѣчала она.— Да вотъ ты самъ увидишь,—продолжала она, — что все это спра­ ведливо, и что этотъ случай является однимъ изъ умышленныхъ насилій, какія съ недавняго времени допускаются въ Тронкенбургѣ но отношенію къ чужестранцамъ. — Все это я долясенъ еще разслѣдовать,—возразилъ Кольгаасъ.— Нозови-ка мнѣ его сюда, Лизбетта, если онъ не лежитъ. Съ этими словами онъ усѣлся въ кресло, а жена, очень доволь­ ная хладнокровіемъ мужа, вышла и призвала работника. — Что такое натворилъ ты въ Тронкенбургѣ? — спросилъ Кольгаасъ, когда Лизбетта вошла съ нимъ въ комнату.—Я не осо- бенно-то доволенъ тобой. При этихъ словахъ хозяина, по блѣдному лицу работника пят­ нами разлился румянецъ. Помолчавъ нѣсколько секундъ, онъ от­ вѣчалъ: — Вы правы, хозяинъ, такъ какъ сѣрная нитка, которую я, по соизволенію Божію, носилъ при себѣ, чтобы поджечь это раз­ бойничье гнѣздо, была брошена мною въ Эльбу, когда я услышалъ тамъ плачъ ребенка. Я подумалъ: пускай испепелитъ его Бонсья гроза, я не хочу брать такого грѣха на себя! Смущенный Кольгаасъ продолжалъ: — Чѣмъ же навлекъ ты на себя изгнаніе изъ Тронкенбурга?