Исторический вестник. Том XLIX.

588 ------ Наши колоні и ------ цевъ, тѣмъ сильнѣе, энергичнѣе высказывалось неудовольствіе и тѣмъ чаще можно было видѣть, какъ молодые мѣщанскіе парни, выс'гупая немного впередъ толпы, энергично поплевывали на руки и засучивали рукава, или же, представляя, какъ они заушатъ «зло­ дѣевъ», пробовали увѣсистость своихъ палокъ, но съ этимъ вмѣ­ стѣ все сильнѣе и сильнѣе разгоралось любопытство и масса тѣснѣе сдвигалась къ берегу. Между тѣмъ, маленькая, черная точка, пускавшая изъ себя струйку сѣраго, едва замѣтнаго облачка—дыма, постепенно на тем­ номъ фонѣ зеркальной водной поверхности увеличилась въ объемѣ и приняла опредѣленныя очертанія. Маленькая точка постепенно выросла въ большой винтовой пароходъ, легкая струйка сѣраго, висѣвшаго ^ адъ нею облака превратилась въ черные клубы дыма, выходившаго изъ пароходной трубы. Красиво разрѣзывалъ па­ роходъ зеркальную поверхность темныхъ водъ угрюмаго озера, оставляя за собой длинную, расходящуюся струю колеблющейся волны, въ которой игриво перебѣгали съ мѣста на мѣсто золоти­ стые лучи яркаго солнца. Замедляя ходъ, большой пассажирскій пароходъ приставалъ къ «конторкѣ». Пошли въ ходъ чалки, потянулись канаты, раздалась капитанская команда. Пароходъ присталъ и началъ выпускать пары; перекинули трапъ. Между тѣмъ толпа заколыхалась и сгустилась къ конторкѣ. Тысячи любопытныхъ глазъ устремились на пароходъ, и толпа на нѣсколько минутъ совсѣмъ затихла. Но вотъ она снова загудѣла, оживилась, задвигалась, заговорила, стала тѣсниться еще больше; это на верхней палубѣ парохода показались горцы-арестанты. Сна­ чала явились солдаты съ ружьями, потомъ и горцы: мужчины, женщины, взрослые, дѣти,—окруженные солдатами, съ скудными пожитками, по большей части въ видѣ какихъ-то отрепанныхъ узловъ, ведя подъ руку и неся на рукахъ маленькихъ дѣтей. Мед­ ленно переходили горцы-арестанты между тѣснившейся съ обѣ­ ихъ сторонъ толпой по узенькому проходу, обставленному сдеряси- вавшими натискъ толпы солдатами. И вотъ, пока горцы дефилировали передъ толпой, поднимаясь на берегъ, на городскую набережную, гдѣ первые изъ пришед­ шихъ ожидали оставшихся, чтобъ всѣмъ вмѣстѣ подъ конвоемъ солдатъ отправиться въ тюремный замокъ, толпа уже успѣла ра­ дикально измѣнить свое отношеніе къ арестантамъ. Вмѣсто преж­ няго недружелюбнаго и даже безусловно враждебнаго, оно само собой, невольно и быстро, почти моментально измѣнилось въ со­ чувственное, соболѣзнующее. Изнуренные долгимъ скитаніемъ по водамъ и дорогамъ, долгимъ сидѣніемъ въ «пересыльныхъ» и пред­ варительнымъ содержаніемъ въ мѣстныхъ тюрьмахъ, истощенные физически и нравственно, угнетенные разлукой съ родными и ро-